К магии не прибегнешь. Хотя бы потому, что ею не владеем мы.
— У знания есть свое оружие, — ответил Олег медленно.
К нему с двух сторон бежали стражи. Олег, двигаясь все же медленно, не сводя взгляда с Маздона, коснулся каменной стены.
— Я бьюсь за культуру, но я пришел из варварства. А в Варварской Правде сказано: око за око, зуб за зуб, смерть за смерть! Кто убивает, да будет убит!
Грохнуло, на миг потемнело, словно пронеслась черная тень. В следующее мгновение земля дрогнула от тяжелого удара.
Томас пробормотал:
— Под лежачим камнем мужик не перекрестится...
Лицо Олега было слегка опечаленным. Так часто приходится прибегать к этому последнему доводу, достойному лишь дикарей!
Маздон смотрел напряженно, кровь вовсе отхлынула от лица. Викинг встал рядом, его ладонь упала на рукоять огромного меча.
Маздон вскрикнул:
— Это случайность! Взять его!
Олег подошел, понурив голову, к Томасу, пожал плечами.
— Полно... Такое совпадение? Пора бы уже догадаться.
Стражи справа бежали к нему осторожнее, смотрели наверх. И потому ни один не заметил, как внезапно одна из плит под ногами исчезла. Впрочем, если бы заметили, вскрикнули бы раньше.
Крики были, потом — далекие шлепающие удары.
Томас покачал головой.
— Чужая душа вылетит — не поймаешь. Да не больно и нужно.
— Что, первый раз тебя пытаются испугать?
Томас вытер пот железной рукавицей. Голос был дрожащим:
— Прости, сэр калика... Я думал, ты только всех девок сэра Эдвина на сеновал таскал, а ты, оказывается, еще и ловушек тут наготовил!
— Как не стыдно, сэр Томас!
Могучий викинг схватил Маздона за рукав.
— Остановись, Великий!.. Даже мне, твоему слуге, видно, что он знает все тайны этого проклятого места! Ему не нужна магия!
— Он не может, Ролан.
Оба смотрели на волхва со страхом и ненавистью. Олег сказал кротко, глаза были добрые, всепрощающие:
— Я сам строил Стоунхендж... Ну, не сам, помощников хватало, не зря же все завалилось, так что я в самом деле знаю здесь кое-что. В старину воевали чаще, ворья было больше, приходилось ставить ловушки всюду.