– Ты сегодня решишь все вопросы по договору? Скажи, с какого времени я могу спать спокойно?
– Давай ключи от квартиры «Ареса» и начинай про заговор, кто и какую в нем играл роль. Про себя, я думаю, можешь не беспокоиться. Письменных гарантий о судебном иммунитете тебе, конечно, никто не даст, но и мои боссы слов на ветер не бросают. Если сказали, что мы идем на сделку, то назад не повернут.
– А ты?
– Все зависит от тебя. Пока я претензий не имею. Ты, кстати, сегодня пойдешь на работу?
– Из дома буду руководить, ждать от вас окончательного ответа.
– Тогда перейдем к делу. Городилов помог освободиться «Аресу» два года назад. Вы уже тогда решили пойти на убийство?
– Зачем он освободил «Ареса», я не знаю. Два года назад никто, во всяком случае я, ничего не планировал. Все началось год назад, когда Погосян на вечеринке проговорился отцу, что помнит, как помог ему решить массу деликатных проблем в Москве.
– Погосян в то время был твоим любовником?
– Скажем так, мы встречались. Но отношения у нас были откровенные. Он от меня ничего не скрывал. Или, вернее, не считал нужным скрывать."
"– Как он организовал убийство твоего дружка Валлентино, не рассказывал?
– А ты думаешь, это он… – помрачнела Инна.
– Не думаю, а уверен. Он сам предложил сенатору свои услуги и организовал подбрасывание наркотиков тебе и передозировку твоему бойфренду. При осмотре тела Валлентино обнаружили синяки на руках, но не придали им значения.
– Синяки, – начала догадываться она.
– От того, что его держали за руки, когда в рот засыпали смесь кокаина с ЛТСА.
– Вот ведь сволочь! Никому верить нельзя. Ты знаешь, он позвонил мне той ночью, когда его ранили.