Все еще спят. Поздняя осень – пора не страдная. Как раз время для того, чтобы со скарбом и домочадцами, со скотиной и инвентарем перебраться на новое место. Хозяев пора разбудить. А вот и нет никого. Ни лошадки, ни коровки, ни людей. И следы ведут в лесок. Не иначе прознали и сбегли! Это не беда, далеко уйти не могли. Навоз вон, свежий совсем, даже не до конца остыл.
– Триш! Иди со своим десятком по следу. Вороти беглецов.
Бойцы добрые, в лесу не новички, справятся. В роду всего-то четверо взрослых мужчин и старик с подростком.
Тут будет реклама 1
А парни знают, как плетью или пылающей головней убедить непокорных в необходимости смирения. Да и детишек у матерей если отобрать, то разум в людях просыпается быстро, а упрямство куда-то девается. Понимают бойцы, что увечные работники, а тем более мертвые, Кухтылю без надобности. Второй десяток тем временем к соседу наведается, а третий – еще к одному. Работы у них нынче много. Только успевай поворачиваться. Это у землепашцев отдых, а им, людям думающим, – самая страдная пора.
* * *Лежит Кухтыль на бережку и смотрит, как женщина чем-то смазывает опаленное головней лицо Фрола.
Тут будет реклама 2
А крестьяне разгружают свои телеги и переносят на лодки груз – его бойцов, привязанных руками и ногами к длинным палкам. Лодки курсируют между берегом и серединой Оки, где и разгружаются. По четыре воина за ходку. Парни ведут себя стойко. Ругаются и грозят этим лапотникам неминуемой расправой. А потом – бульк. К каждой жерди привязан камушек, так что сцены борьбы за жизнь не демонстрируются.
За происходящим присматривают люди в пятнистой одежде, похожей на ту, что изредка надевает Сивый.
Тут будет реклама 3
Правда, она у него сильно обветшала. А на этих – новенькая. И раскраска ее как раз сливается с зимними цветами жухлой травы, освободившихся от листвы деревьев. А еще у этих ребят ружья из черненого металла и крашеного дерева. Как раз такие, как то, из-за которого с Камским князем никто не связывается. Убивает оно с расстояния, на которое стрела не долетает, да еще и через щит. Но сегодня из них не стреляли.
Тут будет реклама 4
Они звучат громко, Кухтыль бы услыхал.
Шума вообще не было. Отроков, что оставались при нем, вмиг опутали веревками, самого Кухтыля, заломив руки, связали и притянули к жерди. Откуда наскочили – он и не видел. Эти самые пятнистые. Силы в них, что в бычках.
– Батя, а мальцов что, тоже топить? – спрашивает один из крестьянских парней, что таскает связанных дружинников к лодке, указывая на отроков, выучеников воинских.
– Топить. Их сюда никто на веревке не тащил.
