Не холодно, поскольку кораблик цельнодеревянный, и одеты заключенные все по-зимнему, ну и надышали. Кормят добротно и обильно. В похлебке присутствует и мясо, и картошка, и крупа встречается. Заносят два парня котел, потом забирают. У кого не было ложек, тем выдали. Есть одновременно могут только шестеро, черпая прямо из единственной на всех посудины. Но привычка к дисциплине не подвела. Ни давки, ни свалки. Времени много, еды тоже. Некоторые и не по разу подходят, особенно когда пора доедать, а остальные уже сыты.
О событиях того дня, когда все произошло, информации маловато у всех. Например, с бойцами летучего отряда в лесу, как спешились и пошли цепью, случилась потеря памяти. Кто-то видел, как падает сосед, но досмотреть не успевал – сам впадал в беспамятство. В себя приходили уже в наручниках, привязанными к веревке. Камуфлированных было много, и ничего, кроме инструкций о направлении движения, они не сообщали.
Парни из патрульных групп вырубались тоже неожиданно, хотя один видел, что в его товарища что-то воткнулось.
А Сивый для себя еще отметил, что о препарате, действующем столь молниеносно, он отродясь не слыхивал, следовательно, в тайне его держали хорошо, еще там, в старом мире. И тот, кто за всем этим стоит, должен быть реально могущественным человеком, если владеет не только информацией такого уровня, но и самим средством.
Также по мелким осколочкам собралась картинка того, как много было этих камуфлированных ребят. Раза в два больше, чем жертв. Или в три. Короче, то, что план этих парней не сбойнул, – огромная удача.