— Рука Сталина легла на плечо разведчика.
– При перекрестной проверке поступающих от этой группы донесений подтверждено более шестидесяти процентов информации.
– Шестьдесят? — остановив жестом докладчика, спросил Сталин. — Мне кажется или это вполне допустимый процент при проведении операции по дезинформированию, не так ли? Не кажется ли вам, товарищ Судоплатов, что это гестапо играет с вами, а?
– Нет, не кажется, товарищ Сталин! «Кажется», «не кажется» — это вообще не та категория, которой стоит оперировать разведчику! Есть факты, есть анализ этих фактов, есть интуиция, основанная как раз на анализе.
– Смело, но по делу. — Сталин еще раз усмехнулся. — Тогда давайте перейдем в другую категорию, и вы нам изложите… ваши соображения, на основании которых вы стали таким доверчивым, товарищ Судоплатов.
– Начну с того, товарищ Сталин, что меня поразил способ, которым группа вышла на связь со мной. В отсутствие кодов и шифров они тем не менее нашли способ дать нам понять, что свои.
– Поясните… — Вождь подошел к своему столу и достал курительные принадлежности.
– В тексте сообщения, переданного через нашего связника, установившего первый контакт с группой, имелась информация, к которой даже в нашем центральном аппарате немногие имеют доступ.
– Конкретнее, товарищ Судоплатов!
– Подробности операции против Коновальца, кроме присутствующих здесь, знало не больше двух дюжин человек.
– А если врагам удалось узнать эти подробности? Сейчас уже это не так горячо, как два года назад.
– Даже если и так, товарищ Сталин, то намеки были именно для людей, посвященных в детали. К тому же дальнейшие действия группы показывают, что они играют на нашей стороне.
– Поясните.
– Продолжу по порядку: при выемке тайника от нашего агента, буквально на следующий день после первого контакта, группа попала в засаду немцев…
– Вот видите, товарищ Судоплатов! Уже появились немцы! Не очень ли вовремя? Я бы сказал, как по заказу! — Сталин говорил размеренно, не повышая голоса, словно не давил, а только констатировал факты.
– За тайником, что совершенно естественно, наблюдал наш сотрудник, заслуживающий всяческого доверия. Все происходило на его глазах. На представителя этой группы случайно наткнулся немецкий патруль.