Настолько быстро, как будто находился за углом. А может, он именно там и был? Ударил Леру по голове, отошел в сторонку и дождался, пока ему позвонят.
Олег возвращался за пастилой, когда они уезжали в гости к его деду, а вернувшись, они нашли на ручке двери пакет с павлиньими перьями… Олег имел полную возможность подбрасывать детям перья, а бабуле присылать посылки с кроличьим кормом и письма с пометом. Женщиной, которая отдала плитки Степке и Антошке, вполне могла быть новая Лерина свекровь, которую она никогда не видела.
Думать обо всем этом было невыносимо, но и не думать не получалось. Уже давно пришел спать и храпел рядом Олег, уже ночь, ненадолго погасив яркость солнечных красок, сдала свой пост очередному июньскому утру, начавшемуся с щебетания птиц, уже совсем мало осталось до того момента, когда нужно было вставать, за волосы втягивать себя в повседневную круговерть, идти на работу, внезапно ставшую постылой, а ночной кошмар все длился и длился, несмотря на то что Лера ни на секунду не сомкнула глаз.
Она благодарила Бога за то, что сегодня у Золотова была ночная смена. В результате она смогла неслышно выскочить из кровати, как мышка собраться и убежать на работу, оставив на столе записку, что ей не хотелось его будить. После рабочего дня, который еще предстояло пережить, она решила пойти к бабуле, чтобы пересидеть у нее, пока Олег не уйдет на дежурство.
Ясно было лишь одно. Своими подозрениями она не может поделиться ни с бабулей, которая весьма скептически относилась к ее скороспелому браку, ни с мамой, которая тут же потребует, чтобы Лера перебралась к ней и написала заявление в полицию, ни со Златой.
Правда, именно Злата без конца твердила, что ее, Леру, вполне можно полюбить, и она должна отбросить все сомнения в том, что Олег ее действительно любит.