Жизнь с неумолимой очевидностью показывала, что права была как раз Лера, а не Злата, но и в этом признаваться подруге совершенно не хотелось.
Лелька… Лера вспомнила стремительную парикмахершу, которая вызвалась осуществить процесс превращения замарашки в принцессу (тут Лера горько усмехнулась — по всему выходило, что быть принцессой ей совершенно не для кого, а значит, Лелькины усилия пропали даром), а также моментально пришла ей на помощь, когда Лера попала в беду.
Сейчас она снова оказалась в беде, и умная самостоятельная Леля могла бы дать ей какой-нибудь дельный совет.
Уже в последний момент она вспомнила, что Лелька смеялась, что она — страшная соня и встать рано утром ее могут заставить только обстоятельства непреодолимой силы. Лера уже хотела нажать на кнопку отбоя, но Лелька неожиданно быстро взяла трубку.
— Алло, — голос у нее был не сонный, но какой-то усталый.
— Лелечка, прости меня, пожалуйста, это Лера. Извини, я поздно сообразила, что для тебя, наверное, еще рано, — путано начала оправдываться она. Лелька слушала молча, не прерывая ее бормотание, как будто на другом конце провода ее не было вовсе. А был лишь глубокий обрыв в пустоту, в полную неизвестность.
— Лель, мне очень-очень нужно с тобой поговорить, — Лера чувствовала, что непонятная тишина на другом конце провода ее сбивает, заставляет мямлить и окончательно терять нить разговора.
"Несколько минут держалась тишина, которую не прерывала ни одна из сторон.
«Трубку, что ли, положить? — в смятении подумала Лера. — Но почему, мы же в субботу расстались вполне нормально.