Не выдержав, Лера горько заплакала.
— Чего ревешь? — деловито спросила Лелька. — Понимаешь, что полную ерунду нагородила? — Лера покаянно кивнула.
— Ты себя особо-то не терзай, — задумчиво сказала Лелька, покосилась на шкафчик, за дверью которого прятался коньяк, тяжело вздохнула и съела еще кусочек лимона. Просто так. — Понятно, что ты в растерянности. Слишком много на тебя навалилось за последнее время, а Олега ты, по правде сказать, мало знаешь, поэтому то, что ты напридумывала всяких ужасов, вполне объяснимо.
Поверь мне, что Золотов твой — действительно хороший человек. Димка с ним работал несколько лет. Говорит, таких мужиков сейчас не делают. Надежный. Честный, порядочный, слово держать умеет. И я ведь вижу, как он на тебя смотрит. Он тебя действительно любит, Лера.
— Если бы я могла в это поверить, — пробормотала Лера, давясь слезами, — насколько все было бы проще!
— А ты возьми и поверь, — в голосе Лельки появилась внезапная жесткость.
— Люблю, — Лера неуверенно кивнула, потом немного подумала и повторила уже полным уверенности голосом: — Люблю. Уже и не думала, что когда-нибудь смогу кого-то так полюбить.
— А раз любишь, значит, прими на веру все, что с ним связано. Нельзя подозревать человека, которого любишь. Это я тебе по собственному опыту говорю.
— Он на дежурстве.
— Ну, значит, завтра вечером, — не дала себя сбить Лелька, — и расскажи о том, что тебе тут в голову наприходило.
— Он обидится.
— Наверное, обидится. Но честность и прямоту оценит. Такие мужчины, как твой Золотов и мой Воронов, именно такие. С ними не надо играть в женские игры. Им надо все всегда говорить честно и прямо.
* * *"
"В присутствии в усадьбе Алены внезапно обнаружился еще один большой плюс. Татьяна Ивановна уехала на конференцию в Москву, и на шестнадцатилетнюю девчонку упали обязанности по обеспечению питанием Лериных сыновей. Конечно, еды им было наготовлено впрок и с большим запасом. Неделю можно было продержаться, не то что три дня.