Потом, удерживая запястье лежавшего на боку Джона, она дернула руку и уперлась ею в бедро. При желании она могла бы с легкостью ее сломать. Вместо этого она прижала его коленом и сымитировала движение ладонью в его лицо, от которого, будь это по-настоящему, нос Джона вдавился бы прямо в череп.
Грегор был потрясен. Кейт двигалась так быстро и уверенно, выглядела… сильной. Как настоящий воин.
Кейт – малышка Кейт – совершала те же защитные маневры, которым Бойд учил его и которые он передал Джону.
Но нельзя отрицать, она его впечатлила.
– Прекрасно, – сказал Джон. – Никаких сомнений и побольше уверенности. Если собираешься вступить в бой, будь готова причинить боль.
Кейт ухмыльнулась и начала подниматься. Но как только она убрала колено, Джон схватил ее за запястье и дернул на землю, перекатившись через нее и прижав ее руки над головой.
Сердце Грегора оказалось в горле от чувства, которое могло быть только страхом. Господи, она не пострадала? Он двинулся вперед, но смех брата остановил его.
– Что теперь? – с вызовом бросил Джон.
– Ты жульничаешь! – выкрикнула Кейт с негодованием, сопротивляясь. Она явно не пострадала, но была в ярости.
– Я что? – спросил Джон, наклоняясь и прижимая ее сильнее.
Грегор стиснул кулаки, не в силах оторвать взгляд от того, как ее тело растянулось под его братом…
Черт побери, Джон выглядел так, словно собирается ее поцеловать!
Рот Грегора сжался в тонкую линию.
Она пробормотала что-то, как подозревал Грегор, вовсе не женственное, а потом, к его изумлению, рассмеялась.
– В бою не бывает жульничества, – сказала Кейт, подражая низкому голосу его брата. – Я знаю.
Я должен был научить ее этому, – понимание ударило Грегора, подобно лезвию ножа.
– И что ты будешь делать? – подначивал Джон.
Грегор собирался положить этому конец. Кейт была беззащитна. Ей ни за что не одолеть силы и веса такого противника. Джон был почти таким же здоровым, как Грегор. Черт, он, наверно, раздавил ее. Если на ней окажется хоть один синяк…
– Это, – ответила она.