Черт, темный и зловещий, парень был как Макруайри, появляющийся и исчезающий из тени.
Пип встал. Хоть он и не смотрел в сторону Грегора, можно было практически почувствовать источаемую им враждебность. Очевидно, «сын» тоже не испытывал к «отцу» теплых чувств.
– Мне все равно нужно разыскать Эдди. Я обещал ему попинать свиной пузырь за то, что вчера ему удалось вовремя добежать до уборной.
– Это блестящая идея, – одобрила Кейт. – Я бы никогда не додумалась!
Мальчишка пожал плечами, словно комплимент ничего для него не значил, но Грегор заметил, что это не так.
Джон взглядом дал понять Грегору, что они поговорят позже, и положил руку мальчику на плечо.
– Идем, Пип. Я покажу тебе лужайку прямо за стеной, где мы с братьями раньше гоняли мяч.
– Держитесь подальше от воды.
Джон поднял бровь, а Кейт посмотрела на него, как будто он только что победил дракона.
Может, в конце концов, немного звезд еще осталось.
Последние пару дней Кейт погрузилась в тренировки и хозяйственные заботы, чтобы перестать думать о произошедшем в амбаре. Хотя она предпочла бы обойтись без аудитории, впервые высказывая Грегору свои чувства, она знала, что должна была это сказать.
Нет, вовсе не от злобных попыток Шинейд унизить ее Кейт избегала думать об этом, а от собственных смешанных чувств. Поцелуй Грегора и Шинейд поколебал ее веру, заставив думать, что она в нем ошибалась. Может, она обманывала себя, что мужчина, от которого без ума все женщины, согласится на одну женщину и тем более на нее? Может, его привлекает просто поверхностное очарование?
Но больше всего Кейт волновало другое: можно ли на него положиться или он такой же, как ее отец?
Она видела между ними сходство, которого раньше не замечала, или, вероятно, не хотела замечать.