— Взяла бумаги и уставилась на скачущие перед глазами строчки. — Он водитель Андрея — моего отчима.
— Тебя отвезти домой? — Спросил Егор, наклоняясь на стол и заглядывая в документ.
— Нет. — Сглотнула, пытаясь унять дрожь в руках.
Ошибки быть не могло. Это ниточка. Настоящая ниточка, которую я так давно искала.
— Что там, Варь? — Артем подошел ближе и попытался прочесть ответ в моих глазах.
— Пропавший мужчина. — Прикусила заусенец, решая, как лучше поступить. — Единственным, кто звонил ему перед исчезновением, был Валера — правая рука моего отчима.
Опер оторвался от экрана.
— Сейчас? — Его брови взлетели вверх. Глянул на часы. — Можно хоть перекусить? С утра не жрал.
— У тебя пять минут. — Бросилась к чайнику. — Я тебе даже бутерброд сама сделаю, лишь бы быстрее.
— А мне куда? — Растерянно спросил Олег, остановившись в дверях.
— Вы все можете быть свободны до завтра. Спасибо.
— Варь, — Егор щелкнул пальцами, нахмурившись.
— Все будет нормально, Лунев. — Усмехнулась, роясь в пакетах со скудными запасами еды. — Не первый же раз.
— Обещай не лезть на рожон. — Его голос наполнился тревогой.
— Ты чего? — Улыбнулась, отрезав хлеб, и посмотрела прямо в его глаза.
Он не шутил. Плечи напряжены, на лбу пролегла глубокая складка.
— Хорошо, обещаю. — Сказала совершенно серьезно.
— И если что, сразу звони.
— Не переживай ты так, Егорка, она в надежных руках. — Артем подошел, встал рядом со мной и подцепил пальцами с разделочной доски кусок колбасы.
— Звони, хорошо? — Не обращая на него внимания, повторил Лунев.
— Угу, — кивнула, пряча взгляд.
* * *Тело будто получило новый заряд бодрости. Провал операции с маньяком уже не давил тяжелым чувством вины на сознание, а забрезживший в темноте лучик надежды радовал хоть и небольшой, но все-таки возможностью ближе подобраться к делам отчима.
"«Боже, как там мама?» Эта мысль пронзила мозг острой иглой. В суматохе погони за убийцей, я все забывала позвонить ей после свадьбы сестры. Да и надо признаться хотя бы самой себе — винила ее в том, что она позволяла Кристине творить все, что вздумается. Даже не поставила под сомнение всю правильность этого мероприятия, его этичность и необходимость. Да, у меня больше не было чувств к Альберту, но как быть с обидой? Так поступить со мной. Немыслимо.