Его искренность была заразительной. Знал бы он, что уже почти завладел моим сердцем. Я чувствовала зарождающуюся влюбленность к нему. Как девочка-подросток.
Я потянулась к планшету, пытаясь немного сменить тему:
- Каким вы видите себя через десять лет?
Он задумался, проводя пальцем по краю стола. Лиафрит в его глазах заиграл мягким сиянием.
- В окружении семьи. Обнимающего детей и жену. Спорящего с побратимами, кто первый поцелует с утра свою лиери*.
Он говорил искренне. Камень светился серебром.
- Вы ничего не сказали о вашей работе, - удивилась я, указывая на его досье в планшете.
- Да. Но когда у меня появится семья, на первом месте всегда будет стоять она. — Его голос дрогнул, и я вспомнила строчки из его дела: «Родители погибли. Единственный наследник». Он мечтал заполнить пустоту, которую оставила потеря.
- Может, у вас есть вопросы ко мне? — спросила я, пытаясь разрядить тишину.
Он вздохнул, пожав плечами:
- Одного вопроса будет мало.
Захр деликатно кашлянул, напоминая о времени. Лейвир встал, попрощался и подмигнув на прощание, вышел. Его хвост с пушистым кончиком мелькнул за дверью, будто прощальный взмах крыла. Я поставила галочку рядом с его именем. Определенно он мой фаворит на этом отборе.
Лиери* — связанная, избранная лиафритом. Другими словами, истинная.
Дверь в очередной раз скользнула в сторону, пропуская внутрь высокую фигуру.
Мужчина вошел с таким видом, будто сама комната недостойна его присутствия.
- Саф Элиан, - представился он коротко.
Я намеренно медлила, перелистывая страницы в планшете, давая ему время осесть в кресле. Он устроился, откинувшись на спинку, и тут же бросил презрительный взгляд на камень лиафра. Казалось, сам факт его существования оскорблял сафа.
Мне уже совершенно не нравился этот тип, но задать пару вопросов я обязана. А потом отправлю восвояси. Я уже немного подустала. Он предпоследний участник. Мне уже безумно хотелось в номер в объятия Атишхара.