– Ты со мной прошла весь путь, все муки и лишения терпела, а теперь прятаться станешь? Нет, милая моя, не для того ты от мерзости очищалась!
- Но как же… - Екатерина Алексеевна заплакала, но эти слезы скорее были от добрых слов в ее сторону.
- Молчи. Ничего слышать не хочу! – батюшка обнял ее. – Иди, занимайся своими делами.
Старушка закивала, вытирая слезы, и побрела к дверям церкви, собирая длинным подолом сухие листья. Отец Сергий тяжело вздохнул и тоже пошел к своему дому, размышляя о ее непростой судьбе.
Священник ждал его, сидя за столом.
- Беспокоит что-то? – батюшка скрылся за шторками, чтобы переодеться.
- Эх, беспокоит… Душа болит от того, что по земле столько нечисти ходит… Заполонила каждый уголок. Даже к храму добралась! – с горечью произнес отец Николай. – Плохо это, ой плохо.
- Вы бы не обижали Екатерину Алексеевну, - отец Сергий вышел уже одетый в рясу. – Она свое отмолила.
- Не знаю… не знаю того… Ты-то Богом создан, хоть и имеешь Тьму за плечами, а таких как она сатана наплодил! – упрямо повторял священник. – Добрый ты слишком. Жалостливый.
- А каким я должен быть? – усмехнулся отец Сергий, присаживаясь напротив. – Не просто так ведь на этом месте.
- Ладно… не хочу больше говорить о проклятом племени. Священник выпил вино и, порывшись за пазухой, достал фотографию. – Посмотри-ка.
Батюшка взял фотографию и посмотрел на кругленькое, простое лицо, обрамленное русыми локонами. Обычная девушка, наверное, добрая и светлая…
- Она милая, - отец Сергий вернул снимок. – Видно, что душа у нее хорошая.
- Хорошая… - священник поцеловал изображение дочери. – Руки у нее золотые. Все умеет, не придерешься.
Батюшка слушал его, кивал головой, но его мысли витали очень далеко.