Девушка сидела на табурете и явно чувствовала себя неловко.
- Раздевайся, - я задвинула шторки. – Сейчас чай пить будем. Или…
Я посмотрела на буфет и, решив, что все равно уже перешла все красные линии, пошла за наливкой.
- Как тебя зовут? – я вернулась к столу и поставила на него бутылку.
- Люба, - она сняла свой берет «лепешку», пальтишко и перекинула на плечо тяжелую косу. – Батюшка Любашей зовет.
- Батюшка… - я оглядела ее с ног до головы. Полненькая, но ладненькая. Зря я ее серой обозвала… Была в ней какая-то прелесть.
- Наливку? – она испуганно посмотрела на бутылку, словно перед ней стоял цианистый калий. – Я и не пила никогда… На Пасху лишь… ложечку столовую кагора.
- Когда-то ведь пора начинать? – засмеялась я и поставила на стол рюмки. – Не бойся, тебе понравится.
- Чего это?! Чего это-о-о?! – громкий крик домового раздался так неожиданно, что я подпрыгнула, а Люба тоненько вскрикнула и спряталась за меня.
- Не ори! – шикнула я на рыжего соседа, который стоял в двух шагах от нас и таращился на Любашу огромными глазами.
- Не наша это гостья! Не наша-а-а! – снова завопил он, тыча пальцем в девушку. – Что она здесь делает?!
- Прячется! – я схватила его за руку и усадила на стул. – Хватит голосить на всю деревню!
- От кого прячется? – он хлопал длинными ресницами, испуганно глядя на меня. – От Светоча что ли?
- А тебе-то что? – я нахмурила брови. – Не суй нос не в свое дело.
- Дык, найдут ее и что тогда?! – зашептал домовой, отодвигаясь от меня вместе со стулом.
- Вот и придумай, чтобы ее не нашли, - я сверлила его злым взглядом. – А я тебе наливки налью. Сколько захочешь.
- Да что ж ты со мной делаешь, окаянная! – запричитал он, раскачиваясь на табурете. – Ой, бедный я бедный!
- Короче, рыжий! – я встряхнула его, и он тут же заткнулся, а потом обиженно произнес:
- Ты точно как бабка твоя! Порода змеиная! Я-то могу ее спрятать, да только если она, хоть шаг за порог сделает, все, хана колдовству! А уборная-то у нас во дворе!
Я растерянно посмотрела на Любу, которая стояла у стены бледная и дрожащая.
- Ладно, пошутил я… - домовой широко улыбнулся. – Никто ее здесь не найдет. Дом ведьмы от всех опечатан. Никто не сможет увидеть, что здесь спрятано, что сокрыто… Просто скажи возле уха ейного «невидима» и в лицо дунь. Ты ж из ведьминого рода.