Во всяком случае, так мне казалось – вы, люди, странный народ, - пожав плечами, закончил Гаррус и повернулся к своей напичканной последними наворотами консоли. – Полагаю, в конечном итоге он все же пришел в себя, потому что когда я в последний раз слышал о нем, он неплохо продвинулся по службе в Альянсе.
- Когда в последний раз слышал? – переспросила я. Облокотившись о стену и скрестив на груди руки, я принялась прокручивать в уме полученные досье – каждое из них содержало кодовые имена и было окутано атмосферой секретности.
Рассмеявшись, Гаррус ответил, что после случившегося на Омеге возможно все. Я перевела разговор на его жизнь под личиной Архангела и подальше от Кейдена. Я просто не могла сейчас думать о нем. С одной стороны я чувствовала себя виноватой за то, через что заставила его пройти, но с другой – понимала, что не я принимала это решение, и это не было моей виной.
Но он должен будет понять, ведь так? Я найду его. Может быть, он даже присоединится к нам, и мы снова станем сражаться бок обок, и я наконец смогу сказать, что все это и вправду походит на старые добрые времена.
Так просто оказалось убедить себя в этом, стоя рядом с Гаррусом, разговаривая с ним, словно ничего не случилось. Во всяком случае, для меня это было правдой. Когда я думала о Кейдене, в душу закрадывалась тревога – я боялась, что он забыл меня, и что теперь ему все равно, жива я или нет. И все же я должна попытаться. Я должна держаться за эту мысль, потому что иначе… я не была уверена, что случится иначе, но знала, что это принесет мне боль.
************
Моя квартира теперь принадлежала кому-то другому, а вещи оказались проданы или уничтожены. Учитывая, что у меня не осталось семьи, это было единственным возможным вариантом действий. Еще один дурацкий недосмотр «Цербера». Они нашли деньги на мое воскрешение, но не на плату за аренду, чтобы, очнувшись, я все еще имела некое подобие своей жизни.
Оружие, как сказала Миранда, можно приобрести в любой момент. Так же, как и все остальные вещи, которыми я обзавелась за свою богатую на события жизнь. Теперь у меня были средства на то, чтобы превратить свою каюту на «Нормандии» в новый дом.