Мне все еще казалось, что я могу наткнуться на него в коридорах корабля, или же, проснувшись среди ночи, найти его в столовой, утоляющим голод. Но его не было, и вместе с уверенностью, что в моей жизни чего-то не хватает, пришло нежелание бороться с этим. Кейдена не было рядом, никто не мог унять мои страхи касательно «нас», и я понятия не имела, что мне делать и думать обо всем этом.
Я знала, что нужно найти его, но как? Я не могла связаться с Андерсоном, потому что была уверена – «Цербер» наверняка отслеживает, если не откровенно контролирует, мою корреспонденцию.
Как он отреагирует на мое появление? Может быть, останется безразличным? А может, придет в бешенство?
В памяти всплыло его лицо – такое, каким я видела его в последний раз в своей каюте. Кейден смотрел на меня так, словно это была наша маленькая игра; казалось, он уходил только для того, чтобы впоследствии иметь возможность вернуться.
Для меня прошло чуть больше недели; для него – более двух лет. Такого никогда и ни с кем не случалось, и я не могла воспользоваться чьим-то опытом, чтобы понять, как вести себя в подобной ситуации. Захочет ли он вообще видеть меня? Ведь для него я лишь призрак.
Любые размышления на эту тему рано или поздно заводили меня в тупик, а потому я пыталась и вовсе не думать о Кейдене, не думать обо всем этом, но у меня плохо получалось. Я безумно скучала по нему, и это сводило с ума.
************
На то, чтобы привыкнуть к своей новой каюте и огромной ванной комнате с великолепным душем, способным привести меня в чувство после любой миссии, у меня не ушло много времени. Пока я оборачивалась полотенцем, мощная система вентиляции очистила воздух от пара; с интересом я обратила внимание на то, что зеркало не запотело.
"Некоторое время я разглядывала в зеркале свое отражение. Шрамы, рассекавшие раскрасневшуюся от горячей воды кожу, заживали, однако не так быстро, как мне бы хотелось.