Перепрыгнув брошенный в ее сторону биотический разряд, Шепард оказалась совсем рядом с той частью создания, что походила на голову, и вонзила длинный нож в его плоть. Пришелец попытался стряхнуть ее с себя, но она уже стреляла в него из дробовика, второй рукой крепко держась за рукоять кинжала. Дернувшись назад, существо умудрилось скинуть Шепард, но в этот момент ее спутники открыли огонь. Тело создания сотрясалось в конвульсиях, раздуваясь, и, откатившись по земле, Джена нырнула в укрытие как раз в тот момент, когда монстр взорвался.
Задержав дыхание, я смотрел, как она подошла к останкам поверженного врага, вытащила свой кинжал, подкинула его в воздух и, поймав, убрала в ножны на бедре.
Я до сих пор помнил восхищение, которое испытал на Кноссосе, в первый раз своими глазами наблюдая за ее работой.
Сомнений не осталось: это была она, должна была быть она. Но помимо идеи о промывании мозгов, я ничем не мог объяснить ее работу с «Цербером».
- Нет, - снова жалобно прошептал я, хотя зачем вообще что-то говорить в такой ситуации? Никто не слышал меня.
Несмотря на все ее старания и огонь, который открыли пушки системы обороны, корабль пришельцев взлетел. Шепард сделала все, что могла, но инопланетяне, здраво рассудив, что превосходство не на их стороне, предпочли оставить работу незавершенной и покинуть планету. Благодаря Джене часть колонистов, все еще обездвиженных, осталась цела.
Только поэтому я не бросился вон из помещения с криками обвинения; только поэтому решил дать ей шанс объясниться.
Открыв дверь, я обнаружил, что рой летающих существ исчез. Мне вспомнилось знаменитое утверждение, что на свете не существует ситуации, из которой коммандеру Шепард не удалось бы выбраться при помощи оружия, кулаков или языка. И я пытался представить себе, что она вообще могла сказать, чтобы все снова стало хорошо.
События дня сделали меня нервным, наполнили гневом и тревогой.