Как оказалось, Гаррус был гораздо более искушенным в подобных вещах, нежели мне изначально представлялось. Я хотела жалеть себя, чувствовать себя несчастной и обиженной, и он однозначно не потворствовал мне в этом.
- Так почему бы ему было просто не сказать об этом вместо того, чтобы глядеть на меня, как на пустое место? Все остальные были рады меня видеть, а он обошелся со мной так, словно я умерла, только чтобы ему насолить.
- Это вполне обычное поведение для людей с комплексом вины выжившего, Шепард, - хмуро заметил Гаррус, и я вынуждена была признать его правоту.
- Не для меня, - вставила я, чувствуя себя жалкой. – Для меня прошло всего несколько недель.
Некоторое время Гаррус молчал, хотя я чувствовала на себе его взгляд и с легкостью могла представить внимательное выражение его лица, движение жвал, аналогичное задумчивому поджатию губ.
Затем, наконец…
- Ты любила его?
Это вопрос застал меня врасплох; открыв рот, я резко подняла голову и уставилась на него.
- Нет! - выпалила я, убежденная в своей правоте, но не имея возможности узнать наверняка. Я даже не до конца была уверена, что понимаю значение этого слова. – Что? Откуда ты это взял? Он тебе что-то сказал?
- В этом не было нужды, - пожал плечами Гаррус – казалось, он только что проиграл пари. – Все на «Нормандии» знали, что он относился к тебе не только как к командующему офицеру.
Попалась.
- Мы… - я запнулась. Проведя ладонью по коротким волоскам на затылке, я решила, что больше не хочу хранить этот секрет – в этом больше не было необходимости. – Мы провели вместе пару ночей под конец. Может, больше. Это было… Не знаю, чем были эти отношения для каждого из нас, но они не закончились к тому моменту, как я… погибла.