- Начнем с того, что меня вообще с трудом можно назвать человеком, - пробормотала я.
Гаррус пожал плечами.
- Меня уж тем более, к чему ты клонишь?
- Это не одно и то же, - недовольно сказала я, будучи не в настроении для шуток.
- Разве? На мой взгляд, ты не изменилась. Ты сражаешься так же, может быть, даже лучше. Ты так же ведешь себя, так же разговариваешь, выглядишь более или менее по-прежнему. И ты однозначно все еще страдаешь от паранойи.
- Я не параноик, - угрюмо возразила я.
- Значит, насчет остального я был прав? – подловил он меня, и я улыбнулась против воли.
Гаррус объяснил, что я нахожусь под воздействием стресса, который сломил бы более слабого человека, даже если бы все вокруг сходу поверили в случившееся со мной. И чем дольше мы с ним разговаривали, тем легче мне становилось. Мысли о Кейдене все еще причиняли боль, но к тому моменту, как Гаррус пожелал мне доброй ночи и ушел, оставив меня наедине с кружкой холодного кофе, я уже успокоилась до такой степени, что могла трезво взглянуть на сложившуюся ситуацию.
Я знала, что Гаррус прав и насчет Кейдена, пусть даже и не хотела признаваться в этом самой себе. Да, он тяжело перенес мою смерть, но перенес тем не менее – он двинулся дальше, поднялся по службе в Альянсе. Он не мог просто взять и бросить все, что имел и во что верил, чтобы последовать за мной. Он не мог даже взаимодействовать со мной без оглядки - Альянс ясно дал понять, что не желает иметь со мной ничего общего.
Ну и пусть, решила я. Он мне не нужен. У меня есть Гаррус и Джокер и целый корабль людей, которых я постепенно начинала считать своей командой.
Я докажу Кейдену и всем остальным, что права.