Свежий ветер (СИ)

Единственное, в чем ты можешь быть уверена – это в том, чего ты хочешь. Чего ты хочешь, Шепард?

- Я хочу… - я неуверенно запнулась, понятия не имея, как закончить это предложение. Никогда прежде мне не задавали такого вопроса. – Знаешь, я тут думала… мою жизнь нельзя назвать легкой, но по большому счету мне везло – мне столько раз давался второй шанс.

Столько людей погибает каждый день – на улицах городов Земли или других колоний, людей в форме Альянса.

А я все еще жива. Я вспомнила мать Эшли и тот звук, который она издала, осознав причину моего звонка."

"– И мне кажется правильным, что я использовала эти шансы, чтобы сделать что-то хорошее. Черт, - усмехнулась я безрадостно, - только по этой причине я и оказалась в этой ситуации. Мне всегда не давал покоя вопрос «почему я?» и, кажется, сейчас я начинаю понимать. Это как будто… плата за мою жизнь в этом теле, что способно на столь многое – по этой же причине на этом корабле находится большинство членов команды.

Разумеется, для кого-то вопрос лишь в деньгах, но для остальных… Мы все знаем, что за свою уникальность, за жизнь на острие ножа нужно платить. Есть вещи, сделать которые можешь только ты, и, в некотором роде, ты должен сделать их, потому что никто другой на это неспособен. И то, чем мы занимаемся сейчас – как раз из них. Никто не собирается бросать вызов коллекционерам, поэтому это придется сделать нам. Так же будет и со Жнецами, когда придет время.

- Тебе… - неуверенно начала Лиара, - и «Церберу»?

- Нет, - твердо ответила я, не беспокоясь даже, что СУЗИ или бог знает кто еще может подслушивать. – Я никогда не действовала из убеждения, что человечество должно заправлять вселенной. Я лишь хочу дать им шанс – эти колонии опустошаются, как поля во время сбора урожая, но мы не… мы не бездушные вещи.

Мы важны – каждый из нас важен, пусть даже Жнецы придерживаются иного мнения. Человечество делает первые шаги в галактическом сообществе, и путь нас считают излишне эмоциональными и эгоистичными, пусть говорят, что мы сначала действуем, а потом думаем… мы никому не желаем зла. Мы просто хотим для себя лучшей доли.