И, оглядываясь на свою жизнь, вспоминая все, что я сделала, те редкие моменты радости среди беспросветной мглы… - перед глазами встало лицо Кейдена, взгляд, которым он одарил меня однажды ночью в моей квартире, и мое внезапное и отчаянное желание, чтобы он остался рядом навсегда, – я думаю… эти моменты, сколь бы скоротечными они ни были, стоят всего остального, пусть кто-то и сочтет меня неправой. Вот почему я должна остановить их – я хочу дать остальным шанс найти что-то хорошее в этой жизни, добиться чего-то.
На губах Лиары играла терпеливая улыбка, а в глазах блестели слезы. Я понятия не имела, откуда взялись эти мысли – подобный самоанализ не являлся моей сильной стороной, но… я чувствовала, что в моих словах что-то было. Казалось, детали мозаики наконец-то встали на свои места, являя мне истину, которую я искала всю жизнь.
- Это прекрасно, Шепард, - тихо, практически шепотом произнесла Лиара, а затем она подошла совсем близко и заключила меня в объятия, положив голову мне на плечо.
Один раз я уже умерла, и в конце тоннеля не было света. Меня окружала лишь темнота. Не было никакого утешительного приза или награды за мою чертовски сложную жизнь. И я знала, что если хочу получить что-либо подобное, то должна позаботиться об этом, пока мое сердце еще бьется. Я не боялась смерти до тех пор, пока это на самом деле не произошло, пока я не узнала, что реальность гораздо страшнее вымысла.
Я не стала всего этого говорить, вместо этого мысленно ухватившись за свои и ее слова, как за спасательный круг. Я не верила в высшую силу, в порядок мироздания или в истинную справедливость. Я верила лишь в то, во что могла верить.