Я прекрасно понимала его сомнения – я бы тоже вела себя так, однако это не облегчало ситуацию, особенно учитывая, что недоверие исходило именно от него.
- Прости, Шепард, - произнес он, когда лифт остановился, - я просто…
В этот момент в дальнем конце комнаты послышался громкий удар, и мы разом повернулись к источнику шума. Подняв пистолет, я твердо посмотрела Кайдену в глаза и двинулась мимо. Мы продолжим этот разговор позже.
************
Кайден"
"Вот почему я так долго сомневался, принимать ли то первое повышение до лейтенанта-коммандера.
Вот почему чувствовал себя так неуверенно, командуя собственным взводом. Не то чтобы мне и раньше не приходилось отвечать за других солдат, и я вполне способен был думать за себя. Проблема состояла в том, что прямо сейчас в моей голове полным ходом шла война между тем, кем я являлся, и тем, чего от меня требовало мое звание, и я понятия не имел, как примирить эти стороны. Мне так хотелось сказать, что я верил ей – разумеется, верил – и что пойду за ней, куда бы ни завела нас эта миссия, сколько бы раз мне ни пришлось отринуть сомнения и просто убедить себя в том, что она – та самая женщина, которую я когда-то любил и которая до сих пор одним взглядом заставляла мое сердце ускорять ритм.
Но майор во мне требовал, чтобы я переждал, оценил ситуацию, прежде чем бросаться в омут. Мне тяжело давалось осознание, что в случае чего мне некого будет винить, кроме себя, и что если я ошибусь, последствия могут оказаться катастрофическими.
Если я доверюсь ей, не стану обращать внимания на последние тревожные открытия и окажусь неправ… только мне придется держать ответ. Я носил звание майора, я являлся старшим по званию офицером на «Нормандии». В мои обязанности входило быть подозрительным, держать Шепард на расстоянии вытянутой руки, не позволять ее хрипловатому голосу и по-прежнему смертоносному танцу на поле боя влиять на мои суждения.
Сейчас она пребывала в ярости, потому что оперативники «Цербера» определенно открыли охоту на нее.
Мы слышали их переговоры, слышали, как они выкрикивали ее имя и приказывали друг другу уничтожить ее, несмотря ни на что. Впрочем, у них ничего не выходило. Никому не удастся уничтожить Шепард, тем более нескольким церберовским агентам, которых застали врасплох. Особенно после того, как она провела шесть месяцев в заточении и теперь просто горела сражением. Их старания напоминали попытки остановить торнадо коктейльным зонтиком.
