- Может быть, тебе следует время от времени забываться? – поинтересовался он, тоже взглянув в окно. Щетина, покрывавшая его подбородок, отвлекала. – Краткий отдых не повлечет за собой крах всего и вся.
- Ты не знаешь этого наверняка, - возразила я тихо.
- Нет, этого я не знаю, - согласился Кайден чересчур серьезным, на мой взгляд, голосом. – Зато я точно знаю, что тогда на Марсе, считая свою жизнь оконченной, я сожалел только об одном: что никогда не давал себе возможности просто сесть и расслабиться. Я никогда не обращал внимания на свои нужды – так же, как и ты.
Я уже собиралась заявить, что его слова не более чем сентиментальный бред, однако неожиданно вспомнила свои последние мгновения, когда воздух вытекал из поврежденной брони, а я с болью думала о том, что никогда не узнаю, куда могли бы завести наши отношения, и мы никогда не сумеем пройти этот пусть до конца и разобраться в своих чувствах.
- Статуса Спектра тебе недостаточно? – сострила я и попыталась закатить глаза, однако мышцы лица и без того были напряжены в попытке не дать отразиться на нем печали.
Звук его ответного смеха был таким глубоким, насыщенным, и я ощутила на себе его взгляд.
- Полагаю, нет.
Мне этого тоже было мало. И дело не в том, что мне всегда хотелось большего – более высоких целей, более блестящих медалей, больше людей, восхищавшихся тем, на что я способна. Как бы я ни старалась, роль солдата не удовлетворяла меня. Во всяком случае, не до конца. Лишь однажды в жизни, оглядываясь на то, что сделала и чего добилась, я почувствовала, что все, в общем и целом, прекрасно.
С тех пор я не ощущала умиротворения, не ощущала себя человеком.
Руки тряслись, и я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони.