Второй рожок прежним владельцем оружия был прикручен к первому — да не кустарно, изолентой, а специальными резиновыми хомутами. Мякиш ловко сменил магазин и отправил патрон в патронник.
— «Узу» кидай! — оценив потенциал Мякиша, снова оживился Филин.
Мякиш, вновь не глядя, сорвал с пояса гранату и, широко размахнувшись, метнул её в скопление зверей далеко позади Филина. Чёрный цилиндр по высокой дуге стремительно пролетел над бандитом и вдруг застыл в воздухе, в пяти метрах над землёй и в двадцати от Филина. Судя по всему, граната попала в какую-то ловушку.
— Ложись! — крикнул Филин, падая ничком на землю.
Но Мякиш отреагировать не успел. Поэтому он видел, как на месте чёрного цилиндра вдруг образовался ярко-красный шар, замер, сплюснутый неведомой силой, и на какой-то миг стало понятно, что ловушка держит сейчас огромное давление взорвавшейся гранаты. Потом там что-то сдвинулось, тёмный пузырь, возникший на месте огненного шара, вдруг схлопнулся, и взрыв всё-таки произошёл.
Под ногами ощутимо дрогнуло. Те псы, что пытались подобраться к Мякишу сзади, теперь бежали прочь.
Взрыв очередной гранаты нисколько не смутил нападающих. И пока одни мутанты бежали, поджав хвосты, другие, наоборот, подступали, осторожно перемещаясь между крупными, хорошо заметными аномалиями. За те несколько секунд, что Мякиш заворожённо смотрел на последствия взрыва гранаты в ловушке, два слепых пса обогнули небольшую «карусель», задумчиво кружащую в своих объятиях несколько жёлтых листьев, и без единого звука бросились на людей.
Крупная аморфная фигура Мякиша мгновенно превратилась в сжатый комок мускулов. Скорость, с которой тело занимало стойку для стрельбы, выдавала многолетние регулярные тренировки, когда мышцы работают быстрее, чем успевает реагировать сознание.