– Ну? – рядом плюхнулся его заместитель, старший лейтенант милиции[357] Ковригин.
– Что «ну»?
– Что за пионеры такие, что банду влёт положили? Ты трупы видел? Ни одной не смертельной раны. Всё как на стрельбище."
"– Ну, вот такие пионеры у Страны Советов… – капитан милиции пожал плечами и хитро улыбнулся. – Обычные такие пионеры с разрешением на ношение оружия за подписью товарища Власика.
– Так… – у Ковригина глаза расширились так, что казалось, сейчас выпадут.
– Понял? Догадался? Молодец. Теперь берёшь свою догадку, сворачиваешь в трубочку и выбрасываешь в самый глубокий омут…
На следующий день Белову позвонил Киров и, тщательно подбирая слова, пригласил Сашу зайти к себе.
Встреча произошла в ЦК, где у Кирова тоже был собственный кабинет. Сергей Миронович встретил Сашку тепло и радушно. Угостил чаем с вкуснейшими ванильными сухариками («Ленинградские, товарищ Белов, ленинградские. В Москве таких делать не умеют…»), попенял, что редко встречаются («У нас ведь очень много близких по тематике вопросов, товарищ Белов, а собраться и поговорить все никак не выходит. То я в разъездах, то вы… Надо бы график составить, что ли…»), поинтересовался работой в Индии («Разумеется, без подробностей, но вот общее впечатление хотелось бы услышать…»).
– Скажи-ка мне, Александр, как специалист: правильно ли это, что некоторые товарищи, в том числе – занимающиеся ответственнейшей работой, манкируют охраной?
Александр в ответ безмятежно улыбнулся:
– Конечно, неправильно, Сергей Миронович.
Киров коротко рассмеялся:
– Мимо, дорогой товарищ. Уже мимо. Товарищ Сталин спецпостановлением ЦК обязал этого товарища всегда держать при себе четырех охранников как минимум.