– Спасибо вам, друзья мои, спасибо!
Поднес было воду к пересохшим устам… Но оглянулся на своих воинов, которые воспаленными глазами со всех сторон смотрели на него, – и выплеснул в песок этот драгоценный глоток воды.
Вздох признательности, благодарности, изумления прошел по рядам войска.
– Ты благородный человек, Александр, – сказал Гефестион.
– Я – полководец, – возразил Александр, – разве я не понимаю, что из-за одного этого глотка воды могу потерять преданность войска?
В самом трудном переходе, когда его оборванная пехота, задыхаясь, еле вытаскивала из раскаленного песка окровавленные ноги, Александр слез с коня и пошел пешком вместе со своими фалангитами.
Наконец ночью, во время перехода, они услышали журчание ручья. Тут же у воды и остановились на ночлег.
Но македоняне не знали, что в это время среди горных вершин идет ливень. Ночью ручей вздулся, взбушевался, внезапно вышел из берегов и затопил лагерь.
Но еще не все испытания кончились. После долгих дней и ночей мучительного пути, когда, казалось, пустыня уже должна скоро кончиться, проводники вдруг объявили, что не узнают местности.
«Надо держать влево… – думал Александр, стараясь сообразить, в какой стороне от них море, – да, влево…»
– Дайте мне коня…
Ему подвели лучшего из оставшихся коней. Царь нахмурился:
– Почему этот, рыжий? Букефала мне! Где Букефал?
– Царь, – растерявшись, ответил конюший, – Букефал умер… еще в Индии.
– Александр, – сказал Гефестион со страхом и жалостью, – там, где умер твой конь, стоит город Букефалы.
Александр приложил руку к горячему лбу:
– Да. Да. Что же это я говорю?..
Он понял, что на несколько мгновений потерял память. Это испугало его. Тотчас овладев собой, он вскочил на рыжего коня. Приказав конному отряду следовать за ним, он поскакал туда, где ожидал увидеть море.
Александру казалось, что он мчится сквозь пламя костров. Красный туман слепил глаза.