Казалось, конца не будет празднествам и веселью. Но так только казалось. Александр уже обдумывал дальнейший поход и дальнейшие завоевания еще не завоеванных земель.
РазладВойско у Александра уже не то, что было. Много у него людей и больных, и старых, и отягченных ранами, уже не пригодных ни к битвам, ни к тяжелым переходам. Он давно думал о том, что надо отправить стариков на родину. Он думал об этом, когда видел, как идут перегруженные семьями и всяким скарбом обозы, замедляя ход армии. Он думал об этом, когда видел, как, превозмогая слабость и усталость, шагают старые македоняне… Армию надо было формировать заново.
И когда эти мысли приняли отчетливую форму твердого решения, Александр созвал войско.
К вечеру войско стояло перед царем. Оно стояло, пестрое, многоликое, на пылающей зноем желтой земле. В безжизненном небе висело потускневшее малиновое солнце.
Александр поднялся на возвышение.
«Как сейчас обрадуются старики! – думал он. – Как возблагодарят и царя, и богов!.
Войско затихло. Безмолвие сузийского плоскогорья словно поглотило людей.
– Слушайте мое решение, о воины!
Войско слушало.
– Я решил отпустить домой всех, кто больше непригоден к военной службе. По старости. Или по увечьям… Я отправлю вас на родину и каждого награжу так, что дома земляки ваши будут завидовать вам!
Царь ждал взрыва ликующих голосов. Но войско молчало. Александр с изумлением понял, что воины не обрадовались, а глубоко обиделись на своего царя.
– Конечно, мы царю больше не нужны. Много ли мы отдали ему? Всего только свою молодость и здоровье! А теперь, когда мы потеряли свои силы, – так уходи, ты не нужен!
– Разве не видите, какая одежда на нем? Персидская на нем одежда! И персидское войско ему по душе. На что мы ему?
– Уже и друзья его надели персидские стóлы.
– Какие там друзья в персидских платьях? А в чем им быть, если они персы?
– Что ж? Пойдем пасти коз в Македонию, а мечами колоть дрова. Пускай персы пользуются славой наших побед!
– Как видно, не мы, а персы ходили с ним в поход и завоевали для него царство!
И уже крики поднялись со всех сторон:
– Раз мы тебе не нужны – увольняй всех! Мы уйдем. Воюй один, если ты сын Зевса.