Адмет спрашивал у слуг, кто приехал к нему… Женщина быстро встала, усадила Фемистокла у очага и передала ему на руки своего ребенка.
В эту минуту в мегарон вошел Адмет. Фемистокл сидел у его очага, склонив голову, и ребенок, смеясь, тянулся к его кудрявой бороде.
Адмет остановился. Вот его старинный враг, которому он так давно собирался отомстить. Фемистокл – в его руках, Адмет может припомнить ему старую обиду. Когда Адмет просил Афины заключить с ним военный союз, Фемистокл, который тогда стоял у власти, отказал ему в этом.
И вот этот Фемистокл теперь припал к его очагу, к очагу царя Адмета, и держит на руках его сына. Это – моление о защите. Такое моление у молоссов не допускает отказа.
– Встань, Фемистокл, – сказал Адмет, – и отдай ребенка его матери. Тебе ничто не грозит в моем доме.
Фтия облегченно вздохнула и, взглянув на мужа добрыми влажными глазами, взяла сына из рук Фемистокла и вышла из мегарона.
Царь Адмет угрюмо глядел на Фемистокла; его смуглое, с резкими прямыми чертами лицо было замкнуто и враждебно.
– Ты тяжело оскорбил меня, Фемистокл, – сказал он, – и не только оскорбил – ты лишил меня военной помощи, которая мне была так нужна в то время. Но не опасайся меня, я не могу мстить человеку, который не в силах защититься.
– Ты прав, Адмет, – ответил Фемистокл, – но это было не личное мое дело. Для твоей страны было выгодно заключить с нами союз, а для моей страны это было невыгодно. И ты не должен принимать это как личное оскорбление. Будь я на твоем месте, а ты на моем, ты, Адмет, поступил бы так же.
Адмет задумался, опустив глаза. Лицо его постепенно прояснялось. Что было – было. Государственные дела диктуют людям их поступки независимо от личных симпатий и антипатий. И все-таки это Фемистокл, человек большого ума, который много сделал для спасения Эллады.
Он снова поднял взгляд на Фемистокла, и в глазах его уже теплилось сочувствие.
– Я не обижу тебя, Фемистокл, – сказал он, – и никому не дам тебя в обиду. Припавший к моему очагу – мой гость, и никто не посмеет взять тебя из-под моей защиты.
– Но они придут…
– Я не выдам тебя, пока хватит моих сил противостоять им.
Фемистокл остался в доме эпирского царя. Зимние дни в Эпире были сумрачны, ветры гудели в горах, метель пролетала по улицам, дождь и снег шумели над крышей. Иногда наступали ясные дни, и солнце заглядывало в долину.