Она обещала сестре помощь, не раскрывая причин ее затруднительного положения, но сумела ли она о чем-то договориться на этой встрече? На обратном пути Луиза почти все время молчала, и Шарлотта решила не приставать к сестре с вопросами. Но ее преследовала одна мысль: если Гордон влюблен в Луизу, почему он не настоял, чтобы они немедленно вместе уехали?
Эту загадку Шарлотта пока не могла разгадать.
Она услышала тихий стук в дверь. Так всегда стучала ее горничная. Шарлотта позволила Джилл войти.
– Тень сбежала, – сообщила Джилл, довольно ухмыляясь. – Но вы не должны беспокоиться. Я не единожды видела, как котенок ходит по пятам за лордом Дирингом.
Шарлотта даже не улыбнулась. Слишком тяжел был груз испытываемой ею вины. Он становился еще тяжелее из-за ее горячего желания во всем признаться и заручиться поддержкой мужа. Она энергично потрясла головой, чтобы избавиться от противоречивых эмоций.
– Ах, если бы все проблемы решались так просто. – Джилл, безусловно, слышала рыдания Шарлотты накануне ночью, и поняла, что хозяйка сильно расстроена.
– Прошу прощения, миледи, но, быть может, я могу что-то для вас сделать? – Горничная положила аккуратно сложенную ночную рубашку на покрывало в изножье кровати и повесила на крючок возле умывального столика чистое полотенце. Несколько секунд обе женщины молчали. Был слышен только шелест тканей.
– Нет, – в конце концов проговорила Шарлотта. – Спасибо. – За этим последовала долгая пауза, и горничная тихо вышла.
Шарлотта присела на край кровати. Она была слишком раздражена, чтобы продолжать бегать по комнате. Ей следует написать Луизе и узнать, какие у сестры планы. В одном она была уверена: больше она в Мейфэр ни ногой. Немного успокоившись и чувствуя себя очень усталой из-за избытка эмоций, она легла и попросила Всевышнего послать ей спокойный сон.
Диринг бросил взгляда на настенные часы в своем кабинете. Накануне вечером он не присоединился к Шарлотте за ужином и сегодня утром за завтраком тоже. Иными словами, обстоятельства сложились так, что они вернулись туда, откуда начали, к пустому, бессодержательному браку с клятвами из слов, а не из чувств и эмоций. Он потер рукой челюсть. В последнее время он так часто стискивал зубы, что они стали болеть. Терпение истощилось до предела.