– С добрым утром, страна! – шутовски приветствовал его Петька.
– Вставайте, граф. Вас ждут великие дела, – хохотнул Гришка."
"– Не вас, а нас, – нехотя спрыгнул на пол Димка.
– Значит, действуем так, – прошептал Командор. – Осторожненько пробираемся к Артюхову. Толик стоит в коридоре на «шухере».
Гришка приподнимает над Артюховым одеяло, а мы с Димкой вытряхиваем ему в постель подарочек. Главное, Артюхова не разбудить.
– Не разбудим, – возразил Толя. – Пока они очухаются, мы уже в свою комнату смоемся.
– В общем, ты прав, – кивнул Командор.
– И пробуждение его будет сладостно, – с чувством произнес Дима.
– Ладно, пошли, – поманил за собой ребят Командор.
Они босиком покинули комнату и совершенно бесшумно подобрались к двери, за которой спали Артюхов и трое «верных солдатиков».
– Теперь бы дверь не скрипнула, – помедлил Петька.
– А вдруг там баррикада? – вспомнилась Димке уловка девочек.
– Если так, – мигом созрело решение у Командора, – я запулю «подарочком» в Артюхова и сматываемся.
– Интересная мысль, – одобрил Гришка.
Петька осторожно толкнул дверь. Она подалась без всякого шума. Хозяйство у Дормидонтова и впрямь было образцовым. Командор стал действовать смелее, мало-помалу увеличивая щель. Наконец дверь открылась настолько, что ребята смогли войти в комнату.
– Спят, – прошептал Командор в самое ухо Димке.
– Ни фига себе, – тоже шепотом ответил тот. – Даже дыхания не слышно.
Петька и Гришка уже достигли артюховской кровати.
– В ночное ушли, – уверенно заявил Гришка. – Они и в прошлом году так делали.
– В ночное? – Петька подошел к окну и толкнул раму. Она распахнулась. – Ясно, – кивнул Командор. – Тогда мы их порадуем еще больше.
Петька тщательно запер окно на верхний и нижний шпингалеты. Затем на всякий случай вновь толкнул раму. Было совершенно ясно: открыть ее снаружи нет никакой возможности.
– С этим порядок, – сообщил друзьям Командор. – А теперь подарочек.
И он щедро высыпал на постель Артюхову содержимое пакета. Затем тщательно прикрыл одеялом гнилую корягу с червями и насекомыми.
– Вот теперь нам тут больше делать нечего, – сказал Петька друзьям.