– А я и не смеюсь. Не хочешь ничего спросить?
– Нет, – Эля вытерла слезы о мужскую рубашку. – Но хочу сказать, что мой ребенок не будет похож на своего отца.
– Наш!
– Мой!
– Наш, – спокойней произнес Михаил.
– Мой. И только мой. Сегодня ночью ты потерял право на него. Ты потерял право на меня. Ты потерял право быть рядом с нами и дышать одним воздухом. Ты не сможешь даже смотреть на то, как растет твой сын. Не услышишь его первый плач и первое слово. Тебя не будет рядом. Я просто не допущу этого. Тебе нечего мне ответить? – воскликнула она, не поднимая головы и смотря куда-то в пустоту.
– Этого не будет.
– Как же плохо ты меня знаешь, – ответила она, горько рассмеявшись. – Я никому не прощу обиду моей семьи. А тем более смерти.
– А разве я говорил, что кто-то умрет? – уточнил Михаил, присаживаясь на каменный выступ, удобнее устраивая Темную княжну на своих коленях. – Твой отец лишь передаст мне улей. По собственной воле.
– Ясно, – хмыкнула Эля. – Тот мужчина, охотник – твой. А я – гарант того, что мой отец не откажет? Как же ты ничтожен.
– Вряд ли я ничтожен.
– Уж поверь. Того, кто предал свою женщину и свое потомство, по-другому и назвать нельзя.
– Я не предавал вас!
– Предал! – выкрикнула Эля, тяжело дыша. – Предал! Променял нас на власть. Променял на амбиции. Предал! Предал! Предал! – она отдышалась и продолжила: – Но обидно не это. А то, что я позволила предать себя, совершенно не слушая интуицию, которая вопила, что все твои слова ложь.
– Я не лгал тебе!
– Хватит! – Эля взглянула в зеленые глаза.
Глава 22. Если постараться, можно удивить
Темный князь давно потерял интерес к битве и к самому празднику. Он стоял у камина, ощущая, как левую сторону лица припекает высокое пламя. Несколько минут назад в огонь подкинули поленья, но Александру было настолько наплевать на этот факт, что он не шелохнулся, открыто наблюдая за своей княгиней.
– Их нет, – тихо доложил Малис, появившись рядом. – Я осмотрел покои княгини и территорию за ульем. Князь, ты бы отошел.
Александра лениво опустил взгляд на лацкан пиджака. Резким движением пальцев стряхнул искру.
– Жди. Гости появятся ближе к рассвету. И ни слова.
– Я понял.