Она обязательно расскажет родителям. Завтра договорим. Пока.
Девушка сбросила вызов, склонилась к сумочке, чтобы убрать телефон, но не успела сделать и шага, наткнувшись на кого-то. Подняла взгляд, мило улыбнулась.
– Извините, я вас не заметила, – произнесла она.
– Ничего страшного, – ответил вампир.
– Точно все в порядке? – уточнила она. – Я так летела, совсем не смотрела по сторонам.
Михаил разочарованно скривился и произнес, глядя в глаза девушке:
– Следуй за мной.
Сейчас он испытал подобие досады. Охота в одно мгновение превратилась в флирт.
Пусть так. Нет времени на другую игру. Совсем скоро еще четверо Высших будут ждать его в «Неоновом вампире». Именно там он выполнит свой план – покончит с дочерью врага. Убьет ее на глазах у сотни людей и нелюдей.
Михаил ступил в тень трехэтажного здания и поманил девушку за собой.
– Подойди.
Она шагнула в темноту, не раздумывая, повинуясь приказу Высшего.
– Ближе. Еще.
Ее взгляд был прикован к красивому лицу вампира.
Больше Михаил не тратил время, одним движением притянул жертву к себе, прижал к каменной стене спиной и обнажил крупные белоснежные клыки.
– Ой, – пискнула девушка, широко распахнув глаза.
– Помолчи, – приказал князь, потянул ее за волосы и впился в основание шеи.
Пил жадно и торопливо, предвкушая знакомство с дочерью врага. Ведь именно ее смерть послужит отправной точкой к изменению мира.
Михаил еще помнил те времена, когда его соперник смотрел на людей не с большим уважением, чем человек на куриную тушку в магазине. Он помнил, как тот был жесток и своенравен. Время сделало его покорней. Сейчас князь Темных вампиров мало походил на себя прежнего. Но скоро это изменится.
Девушка в руках Михаила обмякала, тщетно пытаясь удержаться на ногах. Ее пальцы скользили по груди вампира, ища опоры и помощи. Высший не раздумывал, сохранить ей жизнь или нет.
А сейчас ему пора в «Неоновый вампир», заведение, которое княжна нежно любила, по словам тех, кто принес информацию Михаилу. Ходили слухи, что именно она и была хозяйкой заведения. Молодая вампирша была довольно занятной особой, своевольной, напоминала этим своего отца, но излишне человечной.