Пряди волос Анна Мария заметала на совок и уничтожала при Даэлис. Но в тот раз некромантка была в гневе. А Анна Мария получила хорошие деньги за прядь волос.
Что такого?
Всего лишь прядь волос... что она могла? Что с ее помощью можно такого сделать?
- Сука!
Сарита, как жена некроманта, отлично знала, что можно сделать с помощью пряди волос. Ох как знала... может, даже и на себе. Хотя ее биологического материала у Освальдо и так было - не отгрести лопатой. За столько-то лет!
Если Анна Мария передала волосы Даэлис этим людям.
- Человек был во всех случаях один и тот же?
- Да. Кольцо было одно... то самое.
- А перчатки?
- Да.... тоже. Кожаные, дорогие, у нас такие и таны не носят. Такие... коричневая кожа, темная, гладкая, словно масло...
- Вы до него дотрагивались? - осенило Сариту.
- Да...
Монахи переглянулись. Вот что значит, женский взгляд. А как еще понять, мягкая кожа или нет? Понятно, выделку видно, но некоторые вещи можно разобрать, только дотронувшись.
А чего это парикмахершу передернуло?
- Просто дотрагивались?
- Когда кристалл передавала.
Каблук пошел неудачно, шатнуло женщину, она и вцепилась в руку собеседника.
- Он холодный был, - просто сказала Анна Мария, не дожидаясь вопроса. - Люди такими даже в гробу не бывают. Словно кусок льда под плащом... и твердый такой. Вот именно, как изо льда.
Больше из нее ничего не вытрясли.
Отец Бенито только головой покачал, когда синьора Агуэда ушла.
- Нет предела подлости человеческой. Ведь понимала, все понимала.
- Еще как понимала, - согласилась Сарита, легонько касаясь рукава рясы. - Не огорчайтесь, в любом стаде паршивая овца сыщется."
"- Она... я считал ее хорошей прихожанкой, ритана. Добрая мать, благочестивая жена, хорошая прихожанка. И такие бездны подлости... она отлично знала, чем все обернется для Даэлис Серены Лассара. И все же сделала. Обменяла свою душу на деньги.
Сарита пожала плечами.
Да, обменяла. И что из этого трагедию городить? Люди и не такое творят, просто отец Бенито в тихом своем Лассара позабыл, и как стариков из дома выкидывают, и как детей душат подушкой, и как.
- Я должна поговорить с братом Теобальдо, - решительно сказала она. - И возможно, телефонировать ритане Лассара?
Монахи переглянулись.
Пожалуй, что ритана права. Сначала переговорить, потом телефонировать или телеграфировать.