Пусть приезжает и все сам выясняет на месте. Объяснять ему ситуацию по телефону у меня не было ни сил, ни желания.
Иришка, так и не дождавшись меня ( и это понятно — сколько можно потратить времени на то, чтобы подняться по лестнице?) принялась обрывать телефон. Я сбивчиво пересказала ей то, что произошло. Надо отдать должное подруге, Иришка не стала всхлипывать и причитать по этому поводу, выяснила адрес больницы, в которую нас с Пилар увезли. Коротко бросив в трубку ' Жди, я скоро', она отключилась.
Я сидела и ждала в приёмном покое, обнимая себя за плечи, раскачиваясь из стороны в сторону, тихо плакала и ругала в душе последними словами.
Если честно, тогда я мало что понимала и уже не вспомню сейчас, чего ждала от этой встречи.
Он вошёл взъерошенный, растерянно осмотрелся, ища того, кто бы мог ему помочь, и, увидев знакомое лицо, тут же бросился ко мне. Я так сильно плакала, что в тот момент и двух слов связать не могла. Слава богу, что вышла медсестра и, увидев Дадо, тут же принялась его расспрашивать, кем он приходится пострадавшей девушке.
Ждать пришлось довольно долго. Я успела успокоиться и взять себя в руки и более-менее объяснила Дадо то, что произошло в торговом центре. Он слушал меня, не перебивая, с каменным лицом. Я пыталась объяснить, что все это случайность, нелепое сочетание обстоятельств, что я не специально, что, если бы она не увязалась за мной и не хватала за руки, то и ничего бы и не было.
"Дадо попытался успокоить меня и поддержал в том, что это просто несчастный случай. Он поверил в мой рассказ, зная, то, что я совершенно не умею врать и не стану выгораживать себя, если намерено причинила вред Пилар.
Если бы я тогда знала, какими глазами он посмотрит на все это, после того как его обработает Пилар, то предпочла бы промолчать и уйти, не дожидаясь врача. Вышел доктор, но почему-то не стал говорить нам о состоянии пациентки. Вместо этого он поочерёдно пригласил нас навестить пострадавшую, сказал, что она хочет с нами поговорить, но по отдельности. Я опустила глаза и сказала Дадо:
— Иди первый. Если честно, идти, даже после него, я не хотела.