Встретиться мы с ней сговорились по поводу и просьбе Ольги, как видите, я не забывала про данное ей обещание помочь продвигать заграничный товар подруги на родине. Один из бывших мужей Иришки владел текстильной фабрикой, и она обещала меня с ним познакомить. Я должна была посмотреть на ткани и фурнитуру, которую производит его предприятие и отослать образцы Ольге для оценки и возможной дальнейшей закупки.
Впечатление от фабрики у меня сложилось самое положительное — чистенько, опрятно, несмотря на то, что кругом стоят чаны с краской и растворителями и повсюду сложены в рулоны штабеля готовой продукция.
"Аркадий Карпович церемонно раскланялся, так же пожимая ладонь своей бывшей жены. Наговорил ей кучу комплиментов, а потом провёл нас по залам, горделиво поведав о том, с чего он начал свой бизнес. Он рассказал нам подробную и, как ему казалось, захватывающую историю. Видимо, это уже у него стало ритуалом и визитной карточкой в одном лице — знакомить своих клиентов и посетителей фабрики с тем, как он когда-то в девяностые начинал свой бизнес. Собственноручно крася джинсы в железном чане, на обычной газовой плите в подвале, дрожа от наезда рэкетиров и органов власти, давал взятки и снова дрожал, но выстоял, и вот теперь он владеет целой фабрикой.
Я внимательно и с интересом его слушала, в то время как его бывшая жена откровенно зевала и скучала, плетясь за нами и брезгливо поглядывая за тем, чтобы не вымазать свои новые за сто пятьдесят тысяч туфли в краске. И тут мы вошли в цех, где эти самые краски смешивают, если честно, запах там стоял кошмарный.
Я от силы смогла выдержать минут двадцать, и это несмотря на то, что нам предложили надеть специальные маски. Там не только плохо пахло, но было жарко и душно. Самая настоящая душегубка, как только там работают и не дохнут люди?
Выбежав на улицу, я сорвала с лица маску и, вдохнув свежий воздух, вдруг схватилась за перила крыльца, на котором стояла. Желудок скрутила судорога, и меня вырвало прямо на петунии, которые росли в вазоне возле крыльца.