А теперь заправь ее как следует! — И Семен Владимирович рванул с кровати одеяло и простынку и пнул подальше подушку. — Время пошло!
Курсант схватил простыню, стал, аж язык на плечо, натягивать ее на матрасе, выравнивать, выглаживать складочки.
— Не понял! — удивился старшина. — Я сказал «время пошло», а не поскакало. Пешим порядком пошло. Ме-е-дленно… Тебя, парень, видно, в армии передрючили. Откуда тебя к нам?
— Из ВДВ."
"— Тогда ясно. Изуродовали пацана. Придется с тобой повозиться. Давай еще разок.
Теперь курсант заправлял кровать не спеша, с ленцой, кое-как. Теперь одеяло не лежало а топорщилось многочисленными буграми и складками. Но в нормативы курсант всё равно не уложился. Поспешил чуток.
— Ну ты, торопыга. У тебя папа, наверное, летчиком был? А ну еще разок. А все смотрят и запоминают.
Постель слетела на пол.
— Время пошло…
Утром казарма поднималась зевая, почесываясь и вздыхая. Но кто-то по привычке соскакивал рывком и начинал судорожно нашаривать гимнастерку.
— Ты что, сынок, прыгаешь? Ты что, козел горный? Тебе чего не лежится? Что у тебя за шило в том месте? Ты где видел, чтобы гражданская шваль с кровати скакала? Полежи, подремли, подумай о дне грядущем. Отбой, сынок! И всем — отбой. Из-за этого вот долбодона.
И взвод, зло косясь на нерадивого курсанта, забирался в койки.
— А теперь, сынки… подъем! Не спеша, с ленцой, как у мамки вставали. У мамки, поди, не торопились…
Взвод выбирался из коек.
— А ты чего оделся? Так быстро? У тебя что, пожар? Или тебя на своей бабе муж застукал? Чего ты в порты с разбегу прыгаешь? Из-за твоей прыткости теперь всем…
Отбой!..
Подъем!
Отбой!..
И все кровати стараниями старшины скоро выглядели как надо — черт знает как!
— Вот это славно. Совсем другое дело, — хвалил старшина личный состав. — И если еще увижу!.. Хоть у кого-нибудь! Урою весь взвод!.. Ясно, сынки?
— Ну так чё… Ну конечно… Да понятно, блин…
Всё здесь было шиворот навыворот.
— Стройся!
Подразделение встало не сразу, не по росту, не в две шеренги, не быстро. Встали кое-как, толпой.
— Хорошо! — похвалил старшина. — Теперь всем вольно. Еще вольнее! Ну, то есть совсем…
И все расслаблялись, втыкали руки в карманы, и подразделение уже не выглядело как вышедшее на построение воинское формирование, а напоминало тусню гражданских недоносков перед ночным клубом.
— Вот, теперь это на что-то похоже.