С вас тогда умасливание большого начальства, все равно я с ними незнакома, от меня они ничего не возьмут. А я раздобуду десять ливров на открытие.
— И как же? — Ирен смотрела на меня скептически, с легкой насмешкой умудрённой жизнью женщины. Мол, все я видала, везде бывала и ничем ты меня, деточка, не удивишь. — Цветами столько не заработать."
"— Пока что нет, — протянула я, уже прикидывая про себя варианты. Букетиками на улицах и правда много не наживешь. Нужно выходить на большой рынок, поставлять что-то особое, с изюминкой, на что заевшаяся знать будет бежать, спотыкаясь, и просить еще.
И у меня было несколько вариантов, как именно это сделать.
Все сразу я выкладывать не стала. Сама еще не была уверена, какой из способов заработка сработает. Сначала нужно было изучить мир как следует, и не из грязного переулка или окошка дома Клеменс.
Мы договорились с Ирен, что она начнёт составлять кодекс гильдии. Через неделю-другую, когда будет понятно, получилось ли у меня что-нибудь, мы с ее мамой снова приедем обсудить детали и уточнить подпункты. В знании местных реалий и законов я вполне полагалась на младшую де Валье, но что-то мне подсказывало, до некоторых тонкостей она сама не додумается.
Прогнуть под себя мир, так сказать.
Сколько бы ни расспрашивала меня Клеменс, пока мы тряслись на жестких досках телеги обратно, я молчала как кремень.
Нас подвозил хмурый детина, которого отправили на ночь глядя специально, чтобы проводить мать де Валье и ее спутницу до дому, проследить, что добрались мы благополучно. Бедняга из-за этого пропускал время ужина, а к моменту, когда он вернётся, все успеет окончательно остыть, и несправедливостью этой он был недоволен до крайности.