Терновая Лилия

Мы огибали город по дуге, не выезжая за его пределы, и я получила возможность оценить разницу между районами воочию.

Въезд на территорию герцогства обозначался ажурными воротами и высоким забором, хоть с виду и декоративным, но с весьма частыми и острыми навершиями — от незваных гостей. По случаю моего приезда створки были распахнуты настежь, так что карета даже не притормозила, проезжая границу владений де Сурри.

Многоцветие и обилие клумб ошеломило прямо от входа. Вокруг все цвело и наверняка благоухало, я даже пожалела о том, что окна кареты забраны стеклом и открыть окошко нет никакой возможности.

Узкие тропинки разделяли территорию на неровные участки, каждый из которых был занят своим сортом цветов. Вдалеке, ближе к основному зданию, виднелись характерные, поддерживаемые опорными прутьями, кусты роз, уже покрытые пышными полураскрытыми бутонами. У самой дороги, чуть не касаясь кареты разлапистыми листьями, покачивали пурпурными шапками пионы.

Уже воспитанный мною лакей помог спуститься и проводил три шага до широкого мраморного крыльца.

Там меня уже ожидал куда более солидного возраста дворецкий. Шитья на его форме было побольше, как и седины в волосах, а ухоженная бородка клинышком и усы, тщательно завитые и блестящие, словно лакированные, выдавали личность уверенную в себе и уважаемую.

— Мадмуазель Лили? Прошу, — он шагнул в сторону, открывая мне доступ в усадьбу. Я кивнула, уверенно ступая по гладким плитам. Внутри меня тугой спиралью сворачивались нетерпение и предвкушение. Роскошь, пропитавшую каждый уголок герцогского жилища, я практически не замечала, сконцентрировавшись на предстоящей задаче.

Убедить полулегальную владычицу цветочного бизнеса, что сотрудничество выгоднее, чем монополия.

Меня проводили в зеркальный зал и оставили в одиночестве. Очевидно, предполагалось, что бедняжка-дворняжка, обескураженная обилием золота и отражающих поверхностей, проникнется собственным ничтожеством и окончательно сдуется. Я покрутилась перед ближайшей стеной, разбитой на десятки серебристых фрагментов.

В изломанном зеркале отражалась хрупкая невысокая фигурка с вполне убедительными выпуклостями в нужных местах, подчеркнутыми прилегающим корсажем. Модный квадратный вырез почти не оставлял простора воображению, если бы не кружевная вставка под горло, собранная на тесьму. Впрочем, точно по центру она слегка расходилась, завлекательно обнажая полоску кожи. Пышные юбки, чуть приподнятые впереди, дабы похвастать туфельками в тон, за моей спиной мели пол.