Что тревожит его? Почему сейчас он не может расслабиться и радоваться жизни? Подумав, я честно ответила:
- Не такой. Но это ничего не меняет. Все равно люблю.
- Боишься меня?
- Боюсь? Почему я должна бояться? Потому что тебя несправедливо обвинили непонятно в чем? Потому что ты был в тюрьме? Да я часы считала до того дня, когда ты вернешься! И никогда больше так не говори!
САША.
Она, похоже, совершенно не понимала, что со мной сейчас происходит. Она не чувствовала моей бешеной страсти и ревности.
И теперь для меня все встало на свои места. Она ведь думала, что я освобожусь только завтра. Она собиралась ехать за мной утром вместе с Олегом - сама боялась еще на такие далекие расстояния, почти за пятьсот километров отсюда.
И каково же было мое удивление, когда через час после моего приезда, мой ""друг"", еще одна мразь, которую я таковым считал, подъехал буквально сразу же после того, как Женя припарковалась возле подъезда.
Я мог допустить, что Олег поступит подобным образом. То, что Женя ему понравилась, я понял еще тогда, год назад, до того, как меня посадили. Я сам познакомил ее с друзьями, когда, воспользовавшись связями Пашки, договорился с заведующей ЗАГСОМ о росписи с Женькой. Мой ""друг"" уже тогда глаз не сводил с моей женщины. Но это было практически перед судом. Я еще был уверен в своей невиновности и надеялся на справедливость.
Ладно, Олег... Игорь и Илья поступили со мной гораздо хуже. И, самое главное, причина такого поступка была до безобразия глупа. Игорю заплатил Илья. А Илья просто переложил ответственность с себя за то, что должным образом не оформил документацию, на меня, простого исполнителя. И переборщил... Но теперь-то уже поздно говорить об этом.
Ладно, Олег.. Но Женя...