Скорее всего, были и способы их усиления, которые превращали обычных Одарённых в нечто куда более опасное.
Ну а во-вторых, несмотря на все их недостатки, Дарья и Алексей всё ещё принадлежали к кругу смертных, которые были со мной связаны. Далеко не факт, что в итоге они станут богами или даже членами свиты кого-то из нас. Но я вытащил обоих к вершине этого мира и ощущал определённую ответственность.
Оболенский кашлянул, напоминая о своём вопросе, а во взгляде князя появилось лёгкое подозрение. Видимо, подумал, что я раздумываю, стоит ли вообще отправляться на помощь.
— Сначала в Петербург. Там наберём добровольцев и двинемся на Москву.
Брови патриция приподнялись вверх.
— Добровольцев? Зачем? Мы, вроде, и сами неплохо справляемся.
Я машинально посмотрел на дарфон, который держал в руках.
— Не думаю, что в этот раз всё будет настолько просто.
Судя по выражению лица, кавалергард ждал продолжения. Но его не последовало. По той простой причине, что я сам не знал, чего конкретно опасаюсь. Единственный факт, который указывал на потенциальную угрозу — прорыв Рюриковича.
Сомневаюсь, что его отпустили специально. Нет никакой выгоды, чтобы сидеть в центре Москвы и выковыривать императора из древней крепости. Куда проще и эффективнее уничтожить его на месте или захватить в плен. Но этого князья сделать не смогли. Не справились.
При этом, у них была заимствованная сила, о которой упоминала Дарья. И если не вспоминать Алексея со старыми князьями, то всех остальных они благополучно разделали.
Если сделать вполне обоснованное допущение, что их основной целью был захват всего мира, то схватка показывала текущую слабость экспедиционного отряда. Они не справились с тремя Одарёнными, что вышли за пределы ранга Великого Мастера. Упустили добычу. Что будет, когда остальные поймут, с кем имеют дело, и к ним в гости явится полсотни похожих? Да ещё при поддержке сотен воинов, что лишь чуть слабее.
Вывод к которому приходил разум — противник должен усиливаться прямо здесь.
Снова связавшись с Прохором, приказал тому разворачиваться и ехать назад в аэропорт. А потом вместе с Асукой отыскать для нас самолёт. Разницы в скорости полёта всё равно почти не будет, а посадку мы будем выполнять на дружественной земле. Это здесь приземлиться, даже с учётом пологов невидимости, стало бы проблемой. В Петербурге нашему появлению никто не удивится.