Если в моих руках окажется поисковое плетение, способное работать по всем окрестным мирам, тогда можно будет выбрать в качестве ориентира мою же божественную силу и попытаться зафиксировать её местоположение. Пока же, у нас не было никаких шансов. Всё равно, что искать одинокого фавна в германских лесах.
Собственно, Эшмуна я хотел найти не только ради его уничтожения и ликвидации угрозы. Если «корабль» Нньома оказался здесь из-за усилий финикийского бога, то можно заимствовать эту технику и вновь пустить её в дело.
Грубо говоря, Нньом катался по межмировому пространству на чём-то вроде самодельного плота, на котором поставил парус из собственной тоги. При этом имелись триремы и даже гексеры, располагающие возможностями для навигации, нормальной маневренностью и в разы большей скоростью.
Если усилить технику Эшмуна, которую ту использовал для притяжения сюда Нньома, возможно получится подтянуть одно из подобных судов. Заставить его пристать к этому миру, а потом захватить.
Развернувшись, я было двинулся к выходу с крыши, когда разум уловил тревожный сигнал одного из артефактов наблюдения. Конструкты успели выставить лишь самые первые из них, покрыв только часть Европы — даже до Урала ещё не добрались. Но один уже зафиксировал нечто странное.
Я потянулся к нему, используя компоненты наблюдательной системы, как промежуточные узлы связи. А осознав, что именно обнаружил артефакт, удивлённо хмыкнул.
Теневая энергия. Та самая, которую использовали де Блуа. Её выплеск произошёл в районе Вены. Если быть ещё более точным — на территории резиденции Габсбургов.
В голове сразу же всплыл образ встречи главы рода Блуа с посланником Дворца Ранха. Тот упоминал, что останется и проследит за развитием событий. Обнаружить его после разгрома франков не удалось. Теперь же, он видимо нашёл новых патрициев, готовых согласиться на его предложение.