Вместе с американцами прислали нам протесты по поводу, как они считают, неправомерного применения предупредительного огня и ареста лучшего друга японского народа. Тамошние националисты провели очередную демонстрацию у нашего посольства. Главные лозунги: «Отдайте нам Курилы» и «Свободу Борису Цымасову».
— Хотя их наверняка уведомили, что он обвиняется в тяжкой уголовщине, — невозмутимо проронил Гуров.
— Разумеется! Но когда дело касается северных территорий, они и сатане молиться будут. — Орлов сокрушенно вздохнул.
— Да оно и не впервой. — Лев Иванович иронично усмехнулся.
— Вольнов звонил. Передавал вам привет. Сообщил, что достали со дна ту бандуру, с которой Цымасов злодействовал.
Крячко громко хмыкнул и просительно посмотрел на Гурова.
Тот, с трудом сдерживая смех, поспешил подстраховать приятеля и заявил:"
"— Да мелочь, ничего особенного. Стас показал Александру хороший пляж. Мы же после того, как задержали Цымасова, два дня дожидались теплохода и от нечего делать ходили купаться.
— Ой, что-то тут не то! — Орлов погрозил пальцем. — Небось свою тамошнюю пассию передал ему с рук на руки? А? Ладно, приедет — расспрошу лично. Теперь о приятном. Учитывая ваши заслуги в раскрытии ряда громких преступлений, министерство решило сделать вам подарок. Вот, примите! — Генерал-лейтенант достал из ящика стола две картонные коробки, лоснящиеся глянцем, встал с кресла и с торжественным видом вручил их приятелям.
— Вижу.