А потом… Потом мне на лицо накинули какую-то тряпку, пахнущую приторно-сладко, и я провалилась в туман.
Очнулась я в темной пыльной комнате – пыльной, потому что мне сразу очень сильно захотелось чихнуть.
Я лежала на кровати. Одна. В верхней одежде. Рядом стояла моя выпотрошенная сумка – собственно, потрошить там было особенно нечего. Косметичка в которой крем для век, тушь, палетка перламутровых теней и две гигиенические помады. Крохотный атомайзер с любимой туалетной водой. Две упаковки одноразовых носовых платочков – всегда брала их с собой.
Телефон они, конечно, забрали.
Они. Их точно было двое, как минимум.
Первый, который остановил меня у двери и которого я сразу узнала – его нельзя было не узнать.
Серые глаза, коротко стриженые серые волосы, знакомый прищур. Только прищур этот был не добрым.
Я догадалась, что это и есть Мстислав Серый, собственной персоной.
Убийца.
Тот, кто решил расправиться с моей семьей. Тот, кто дал приказ Ярославу убить моих родителей.
Мне на мгновение показалось, что я превращаюсь в волчицу. Словно волосы на загривке встают дыбом. Обнажаются клыки, из горла вырывается рык…
Как же я хотела сейчас принять форму оборотня, зубами и когтями вырвать себе право быть свободной!
Но… Мстислав и сам оборотень.
Зачем он пришел за мной?
Как он проник в дом?
Впрочем, если у него реально такой длинный бандитский послужной список, то ему не составило бы труда проникнуть куда угодно. Даже несмотря на то, что в этом жилом комплексе была отличная охрана.
Он пришел за мной не один и я, кажется, понимала кто ему помогает.
Тетя Катя.
Предательница.
Ее тоже можно было назвать убийцей.
Я сжала пальцами виски. У меня раскалывалась голова…
И от запаха эфира, которым, по-видимому, меня «угостила» тетка, и от стресса, и от мыслей.
От мыслей о том, о чем надо было бы думать раньше.
Ярослав.
Я знала о том, что он ненавидел дядю. Знала о том, что дядя убил его отца, отнял у него все.
Я знала, что Яру было чуть больше двадцати, когда он вернул себе право называться Альфой Серых.