Штрихами, недоработанный, но коротковолосую брюнетку узнать легко.
– Индира – кузина Рикарды Принст, телохранительницы ее высочества, – просветила нас Мадлен, – и выполнит все, что та попросит.
И, несмотря на подобные совпадения, обвинять принцессу никто не рискнет.
Когда мы с Мадлен уходили, Криста попросила меня задержаться."
"– Элея, я не смогла найти свой альбом… тот самый альбом.
Встревоженная, немного жалкая, она искала поддержку. Как я могла в ней отказать? Сестре, которая при всей своей спесивости, холеной красоте и блестящем таланте художницы на самом деле надломленная личность? Которая за внешним благополучием прячет ущербность, возникшую после потери дара?
– Зря ты его привезла сюда, неосмотрительно.
Альбом хранил жутковатые образы, которые приходили к сестре во сне, а порой и наяву. Страшней всего, что иногда она рисовала несчастья, которые случались со знакомыми. Случались уже после того, как появлялся карандашный набросок.
– Уже поняла свою ошибку, не трави душу.
Особый альбом с черно-белыми рисунками – не то, что принято показывать друзьям, и станет концом репутации в высшем обществе, если его найдет враг.
– Подожди паниковать, поищи лучше: у тебя тут бардак, может, он где-то и лежит.
Криста вздохнула:
– Хотелось бы.
Когда я стояла на пороге, она неожиданно обняла и виновато прошептала:
– Прости меня… В последние дни я была дерьмовой сестрой.
Криста ругалась лишь на пике эмоций, что говорило о ее искренности.
– Дни? – Я не сумела сдержать нервный смех.
– Прости, Элея, я постараюсь исправить то, что еще можно.
Не так давно я мечтала услышать эти слова. Сейчас же мне было все равно. И помогала я ей потому, что у нас одни родители. Дед часто повторял, что каким бы плохим ни был родственник, а кровь – не вода и проходить мимо его беды – сгущать тучи над своей головой.
Мадлен планировала забежать в библиотеку и вышла из комнаты раньше. Я же задержалась, чтобы отправить «вестников» бабушке и жене Карола.
Здорово, когда складывается так, как планировалось. Все-таки жизнь прекрасна!
Увы, за завтраком настроение ухудшилось, точнее, мне его испортили. Ни одного темного в столовой не обнаружилось, и принарядившиеся девушки, испытывая разочарование, вовсю истекали ядом: сплетничали, язвили и обсуждали чужие наряды.