– Мы что, собираемся прожить здесь до самой смерти? – угрюмо допрашивала она мать.
– Что с тобой, дорогая? Почему ты спрашиваешь?"
"– Эта дыра слишком мала для меня! Мне нужен настоящий город!
После первого школьного дня она приплелась домой мрачная, как туча.
– Дейна, в чем дело? Не нравится школа?
– Да нет, ничего, – вздохнула девочка, – но тут одни сопляки!
– Не расстраивайся, – рассмеялась мать, – они скоро вырастут, и ты – тоже.
Еще в высшей школе она была репортером школьной газеты «Вулфпекит», и это помогало девочке выжить, хотя Дейна по-прежнему отчаянно тосковала по былым путешествиям.
– Когда я стану взрослой, – твердила она себе, – снова буду ездить по всему свету.
В восемнадцать лет Дейна поступила в клермонтский колледж Макенна на факультет журналистики и стала сначала репортером студенческой газеты «Форум», а через год и редактором. Студенты постоянно осаждали ее просьбами:
– На следующей неделе наше женское землячество устраивает танцы, Дейна. Не могла бы ты упомянуть об этом в газете?…
– Во вторник заседание дискуссионного клуба…
– Как насчет рецензии на пьесу, которую ставит драматический кружок?…
– Нужно собрать средства на новую библиотеку…
И так далее и тому подобное, до бесконечности.
– Я смогу брать интервью у знаменитостей по всему миру, – сообщила она матери. – Это все равно что самой быть причастной к истории, которую они творят.
Всякий раз при взгляде в зеркало у Дейны больно сжималось сердце. Слишком маленькая, слишком тощая, слишком плоская. Здесь, в Калифорнии, где девушки расцветали рано, она чувствовала себя гадким утенком в лебединой стае. И чтобы не расстраиваться лишний раз, перестала подходить к зеркалам. Видимо, поэтому девочка не заметила, как к четырнадцати годам ее тело начало наливаться, а в шестнадцать она стала настоящей красавицей.
Уже с двенадцати лет Дейна твердо знала, как хотела бы потерять девственность. В прекрасную лунную теплую ночь, на далеком тропическом острове, где волны тихо набегают на берег, а вдали играет нежная музыка.