– Заблудились, мальчики? – спросила она, громко хрустнув шеей.
Твою то мать! Мысли тут же заметались внутри черепушки, пытаясь придумать способ свалить отсюда подальше. Судя по всему, мы забрели на территорию уличной банды, а такие с пришлыми разговаривать не особо любят. Особенно, когда те из себя ничего не представляют.
Сделал пол шага вперед и уставился твердым взглядом в толпу нежеланных гостей, не показывая ни капли той суматохи, которая была у меня внутри. Дрожащего от страха Толика сдвинул за спину, чтобы тот не путался под ногами.
Итак, что мы имеем.
Почти у всех рейтинг в районе тридцатки. А судя по тому, что я успел узнать об этом мире, это значит ребята матерые. Не чета той шпане, зажавшей Толика в углу час назад. Биты и ножи держат напоказ, но это не значит, что у кого-то в складках одежды не припрятан огнестрел. Да и сама одежда странная. Все в шерстяных безрукавках мехом наружу.
Выхода два. Либо валить, либо пытаться договориться. В то, что я даже своими скоростными ударами завалю вооруженную толпу мне не верилось.
Можно, конечно, попытаться вырубить парочку самых наглых и вбухать только что полученные деньги в спринтера – скорее всего и получится оторваться, но тогда беззащитный Толик останется им на растерзание. Бросил беглый взгляд за спину. Тупик. Ну, так даже проще – один из вариантов отпал сам собой.
– Чего молчим? Язычки проглотили? – прервала мои мысли орчиха, всё так же нагло ухмыляясь. – Добро пожаловать на территорию Черных шкур. Хотите разгуливать здесь спокойно, заплатите госпошлину.
– Герда, да они походу того. Струхнули! Смотри, жирный то уже обоссался, – подхватил один из прихвостней позади орчихи, Котяра (34), и расхохотался.
Остальные члены банды тоже залились смехом.
Я сплюнул на асфальт сквозь зажатые зубы и спокойно посмотрел на отморозков. На всякий случай вытащил руки из карманов. Если что пойдет не так, то мой скоростной прилетит с любой стороны в щечки этой милой дамы.
– И какая нынче госпошлина?
– По двадцатке с рыла. Хотя, нет. Двадцатка это только с тебя, ноль, а с жирного сорок. Он по весу за двоих тянет, – ответила Герда.
Банда оценила невероятно остроумную шутку своей лидерши и снова загыгыкала. Гиены.
Получается, шестьдесят кусков. Не потянем. Если только у Толика где-нибудь не завалялось еще двадцать тысяч.
Толстяк, словно поняв, что я про него думаю, тихонько тронул меня за руку.