– Тогда она умрет!
– За тобой долг, папа, – напоминаю я ему. – Я женился на Азе и взамен ты пообещал исполнить любое мое желание. Так вот, пришла пора платить по долгам. Я хочу, чтобы ты игнорировал присутствие Виты в моей жизни и не лез в наши отношения. Она моя жена и дети у нас будут, одобряешь ты или нет.
– Ах ты неблагодарный щенок! Напоминаешь мне о долгах? Считай, что я передумал. Что было – то прошло, Булат, и теперь только от тебя зависит, как именно мы избавимся от этого отребья в твоей жизни. Если бы ты не был моим единственным наследником, я бы глазом не моргнув дал тебе то, что ты заслуживаешь, слабак – пулю в лоб! Но мне приходится жить с тем, что есть.
Не знаю даже почему, но его отказ от собственного обещания жалит больше, чем желание убить меня. За тридцать лет я уже привык к тому, что для своего отца я – одно разочарование, но свое слово он всегда держал.
– Я тоже о многом жалею, но мы имеем то, что имеем, папа, – пожимаю плечами, сглатывая горечь и держа лицо до конца.
– Булат! – одергивает мама, до этого молча сидевшая в углу. – Как ты разговариваешь с отцом?
– Оставь, Раиса, – отмахивается папа, неожиданно успокаиваясь. – Этот шут может сколько угодно хохориться, но мы все знаем, что в итоге будет по-моему. Так, Булат?
– Так, – цежу сквозь зубы, вставая с кресла и одергивая пиджак.
– Он мне угрожает, Раиса, ты слышишь? – смеется отец, довольный тем, что все идет так, как он хочет.
– Он просто незрелый мальчишка, – шипит мама, зло глядя на меня. – Мы хотим лишь как лучше для тебя, Булат.
– Не сомневаюсь, – язвлю я. – Обсуждайте дальше свои планы на меня, а я пойду. Меня жена уже заждалась.
– Аза – твоя жена, – напоминает отец.
– Я ее и имел в виду, – парирую я. – Она ждет меня в библиотеке. Буду признателен, если вы не будете нам мешать. А насчет Виты… Я серьезно, папа. Если она пострадает, то меня ничто не остановит, так что лучше бы тебе не исправлять эту мою ошибку так, как ты любишь больше всего.