Гровера это не смутило, он ухитрился даже провернуть несколько рискованных па, сталкиваясь с соседями и тут же настолько беззаботно и мило извиняясь, что никто не обижался. Иви сама не заметила, как вскоре уже посмеивалась над шутками нового знакомого.
- Ой, какой ты потешный, - фыркала она.
- Тешить и радовать, именно это мне сейчас и хочется с тобой, - шептал он ей в ухо.
Когда рука Гровера на одном из поворотов нечаянно сползла на ягодицу, она даже поощрительно улыбнулась. Приехал по делам и скоро уедет.
Его губы дарили тепло и успокоение. Ласково знакомились, осваивая территорию, ни к чему не принуждая. И с каждым нежным движением внизу живота Иви закручивался и закручивался упругий жгут удовольствия.
- Извини, что-то холодно, - неловко соврала она, понимая, что он прекрасно все чувствует, - пойдем к стойке? Я бы еще немного выпила.
- Пойдем, - легко согласился парень, выглядел он несколько задумчиво. И когда Иви, шедшая впереди, оглянулась, подойдя к стульям, она заметила, как он пальцем поглаживает нижнюю губу.
Это было очень неудобный момент, впору краснеть. Девушка-оборотень, которая плохо целуется, дрожит в восторге от объятий и не знает куда деть руки, выглядела для столичного парня скорее всего дико. Подростки, ведомые животными инстинктами, пробовали интимные игры очень рано, практически после оборота лет в четырнадцать.
Иви с ужасом поняла, сейчас все и закончится. Парень просто не захочет связываться с чудаковатой лисой. И не спасет ни ее хорошенькая внешность, ни почти умоляющие взгляды, которые она на него сейчас бросала. Двуликие не любили связываться с неизвестностью, почти всегда это означало опасность.