– Трудно поверить, что такой доходяга убил шестерых вроде этих волков! – Кэр кивнул в сторону расхаживающих туда-сюда стражников.– Может, отравил?
– Ну, этот не убьет и шакала! – отозвался Хар-Руд.– Ты взгляни, какой он худой и сутулый! А загар? Черен до пояса и от колен! Будь уверен: у него на руках во-от такие мозоли от мотыги! Разбойник? Как же! Бедолага-арендатор, проданный за долги!
– Зачем же болтать? – спросил сын вождя.
– Что разбойник? Подумай сам: какой интерес ублюдкам глядеть, как подохнет землепашец, задолжавший казне? Да такие сплошь валяются на улицах Великондара! И дохнут, заметь, совершенно бесплатно, к радости собак и крыс! Иное дело, если разбойник!
– Но ему же придется драться! А смелости в нем не больше, чем у сурка!
– Вот драться от него никто не требует! – жестко сказал эгерини.
Тем временем к большим железным воротам с противоположной стороны подтащили клетки, в которых метались желтые тени.
Ворота распахнулись, клетки вытолкнули на Арену, сбив запоры. Большие ворота поспешно затворили.
Из клеток, нервно порыкивая, выбрались два льва.
Вернее, лев и львица. Были они худые и какие-то облезлые: шкура висела, как пустые меха, все ребра – напоказ.
– У них неважный вид! – заметил юноша.
Голый человек увидел зверей и жалобно закричал.
– У тебя тоже будет неважный вид, подержи тебя взаперти и впроголодь,– сказал Хар-Руд.
Львица, обогнав льва, припала к земле и, дергая толстым хвостом, стала подбираться к жертве.
«Разбойник», закрыв лицо руками, тихо скулил.
Но лев, который далеко не первый раз оказывался на Арене, отлично знал, что это не та добыча, которая убегает или сопротивляется.
В два огромных прыжка он оказался рядом с человеком и сшиб его на песок.
– Говорили мне,– сказал Хар-Руд,– что если лев схватит свою жертву, а та не сопротивляется, то схваченный даже не чувствует боли!
– Как знать,– пробормотал Кэр.
Лев поддел человека когтями и ухватил за шею. Слышно было, как хрустнули позвонки. Голова человека почти целиком скрылась в пасти хищника. Лев зарычал, протащил жертву шага четыре, а потом, перехватив, понес, как пес – крысу. Ноги и руки убитого волочились по песку.
– Всяко лучше, чем котел или колесо! – пробурчал Хар-Руд.