Я чувствовала себя неловко, отклонив приглашение Деборы, и изо всех сил старалась, чтобы она не сочла меня неблагодарной.
— Я все понимаю, дорогая. Тебе не хочется оставлять мужа, да и он вряд ли отпустил бы тебя, если уж говорить откровенно. Но когда-нибудь ты непременно должна провести со мной хотя бы уик-енд, например, когда Рок вынужден будет уехать по делам. Я просто подумала, что после всего этого… — Она не договорила, поежившись.
— — Если бы не вы, мы, возможно, до сих пор сидели бы в склепе.
— Я не перестаю благодарить Бога за то, что случайно забрела на кладбище. Содрогаюсь от ужаса каждый раз, думая о том, что могла пройти мимо склепа, так и не услышав вас.
— Мне не хочется вспоминать об этом. Даже сейчас, при ярком солнечном свете. Все так странно, ведь, по словам Рока, дверь была незаперта, ее только заклинило. Должна признаться, я чувствую себя довольно глупо.
— Дверь вполне могло заклинить.
— Но мы отчаянно пытались открыть ее. Колотили по ней. Просто невероятно.
— Значит, единственный, кто мог запереть тебя, — это Рок? — От нелепости подобного предположения Дебора даже расхохоталась. И я рассмеялась вместе с ней.
— Раньше было два ключа, это я помню точно. Один из них отец Рока хранил там, где его теперь хранит и сам Рок.
— А у кого был второй ключ? Немного помедлив, она ответила:
— У Барбарины.
От этого сообщения мне стало не до разговоров, и мы едва перекинулись парой слов до того момента, когда распрощались у ворот Полхорган-холла.
После смерти дедушки я не любила бывать здесь. Без него огромный дом казался пустым и заброшенным, совсем как одинокая женщина, так и не сумевшая исполнить свое женское предназначение. Рок часто подшучивал надо мной за то, что я воспринимаю дома всерьез, как будто, говорил он, они — живые люди и имеют свой характер. Теперь Полхорган-холл производил на меня тягостное впечатление. Конечно, подумала я, он бы сразу преобразился, будь здесь сироты, никогда в своей жизни не видевшие моря и не знавшие ни настоящей любви, ни внимания к себе.
Идеалистические мечты? Слова Рока все еще звучали у меня в ушах:
— Подожди, ты еще увидишь, бюрократы покажут себя. Это не страна, а царство Робин Гуда, где для того, чтобы помочь беднякам, без зазрения совести грабят состоятельных людей!
Я не боялась трудностей, с которыми мне предстояло столкнуться.